(1) Стихия народной жизни необъятна и ни с чем не соизмерима.
(2) Постичь ее до конца никому не удавалось и, будем надеяться, никогда не удастся.
(3) В неутолимой жажде познания главное свойство науки — ее величие и бессилие.
(4) Но для всех народов Земли жажда прекрасного не менее традиционна.
(5) Как не похожи друг на друга две эти человеческие потребности, одинаковые по своему могуществу и происхождению!
(6) И если мир состоит действительно лишь из времени и пространства, то, думается, наука взаимодействует больше с пространством, а искусство со временем…
(7) Народная жизнь в ее идеальном, всеобъемлющем смысле и знать не знала подобного или какого-либо другого разделения.
(8) Мир для человека был единое целое.
(9) Столетия гранили и шлифовали жизненный уклад, сформированный еще в пору язычества.
(10) Все, что было лишним, или громоздким, или не подходящим здравому смыслу, национальному характеру, климатическим условиям, — все это отсеивалось временем.
(11) А то, чего недоставало в этом всегда стремившемся к совершенству укладе, частью постепенно рождалось в глубинах народной жизни, частью заимствовалось у других народов и довольно быстро утверждалось по всему государству.
(12) Подобную упорядоченность и устойчивость легко назвать статичностью, неподвижностью, что и делается некоторыми «исследователями» народного быта.
(13) При этом они намеренно игнорируют ритм и цикличность, исключающие бытовую статичность и неподвижность.
(14) Ритм — одно из условий жизни.
(15) И жизнь моих предков, северных русских крестьян, в основе своей и в частностях была ритмичной.
(16) Любое нарушение этого ритма — война, мор, неурожай — лихорадило весь народ, все государство.
(17) Перебои в ритме семейной жизни (болезнь или преждевременная смерть, пожар, супружеская измена, развод, кража, арест члена семьи, гибель коня, рекрутство) не только разрушали семью, но сказывались на жизни и всей деревни.
(18) Ритм проявлялся во всем, формируя цикличность.
(19) Можно говорить о дневном цикле и о недельном, для отдельного человека и для целой семьи, о летнем или о весеннем цикле, о годовом, наконец, о всей жизни: от зачатья до могильной травы…
(20) Все было взаимосвязано, и ничто не могло жить отдельно или друг без друга, всему предназначалось свое место и время.
(21) Ничто не могло существовать вне целого или появиться вне очереди.
(22) При этом единство и цельность вовсе не противоречили красоте и многообразию.
(23) Красоту нельзя было отделить от пользы, пользу — от красоты.
(24) Мастер назывался художником, художник — мастером.
(25) Иными словами, красота находилась в растворенном, а не в кристаллическом, как теперь, состоянии.
(26) Меня могут спросить: а для чего оно нужно, такое пристальное внимание к давнему, во многом исчезнувшему укладу народной жизни?
(27) По моему глубокому убеждению, знание того, что было до нас, не только желательно, но и необходимо.
(28) Молодежь во все времена несет на своих плечах главную тяжесть социального развития общества.
(29) Современные юноши и девушки не исключение из этого правила.
(30) Но где бы ни тратили они свою неуемную энергию: на таежной ли стройке, в полях ли Нечерноземья, в заводских ли цехах — повсюду молодому человеку необходимы прежде всего высокие нравственные критерии…
(31) Физическая закалка, уровень академических знаний и высокое профессиональное мастерство сами по себе, без этих нравственных критериев, еще ничего не значат.
(32) Но нельзя воспитать в себе эти высокие нравственные начала, не зная того, что было до нас.
(33) Ведь даже современные технические достижения не появились из ничего, а многие трудовые процессы ничуть не изменились по своей сути.
(34) Например, выращивание и обработка льна сохранили все древнейшие производственно-эстетические элементы так называемого льняного цикла.
(35) Все лишь ускорено и механизировано, но лен надо так же трепать, прясть и ткать, как это делалось в новгородских селах и десять веков назад.
(36) Культура и народный быт также обладают глубокой преемственностью.
(37) Шагнуть вперед можно лишь тогда, когда нога отталкивается от чего-то, движение от ничего или из ничего невозможно.
(38) Именно поэтому так велик интерес у нашей молодежи к тому, что волновало дедов и прадедов.
(39) Так же точь-в-точь и будущие поколения не смогут обойтись без ныне живущих, то есть без нас с вами.
(40) Им так же будет необходим наш нравственный и культурный опыт, как нам необходим сейчас опыт людей, которые жили до нас.
По Белову В. И.