(1) Так мы и зимовали в этой комнате с зелёными рамами и низким небелёным потолком (это было в 1923 году под Прагой) у глухой старушки с собакой Румыгой.
(2) Зимовали хорошо, тесно, дружно, пусть и трудно.
(3) Главное же, мужественная бедность Марины и Серёжи, достоинство, выдержка и зачастую юмор, с которым они боролись со всеми повседневными тяготами, поддерживая и ободряя друг друга, вызывали у меня такое жаркое чувство любви к ним и соратничество с ними, что уже это само по себе было счастьем.
(4) Счастьем были вечера, которые иногда проводили мы вместе у стола, освобождённого от посуды, весело протёртого мокрой тряпкой, уютно и торжественно возглавляемого керосиновой лампой с блестящим стеклом.
(5) Серёжа читал нам вслух; Марина и я, слушая, чинили, латали.
(6) Счастьем была наша семейная сказка-импровизация, которую Марина и Серёжа рассказывали мне перед сном.
(7) Это была длинная звериная повесть; начало её, конечно, терялось в юности моих родителей.
(8) Серёжа замечательно изображал Льва и Обезьяну, Марина — Кошку и Рысь.
(9) Лев был благороден, Рысь — непоследовательна и коварна.
(10) Издавна и нежно повелось: Марина звала Серёжу Львом, Лёве, он её — Рысью, Рысихой.
(11) Маринины тетради испещрены Серёжиными рисунками: уходя, а чаще всего убегая, «утаптывая», как говорил Лев из сказки, Серёжа набрасывал силуэт Льва, благодарного, пообедавшего, с толстым пузом или привычно тощего; Льва, плачущего крупными слезами или смеющегося во всю пасть, чтобы Марина, раскрыв тетрадь, улыбнулась ему вслед.
(12) Марина же подписывала свои письма букой «Р» и рисовала в виде росчерка длиннохвостую дикую кошку или только ухо её с кисточкой, чуткое ухо Рыси.
(13) Об этих своих счастьях позволяю себе упоминать только потому, что они были островками радости и для моих родителей, передышками на пути теснивших трудностей и нараставших тревог.
(14) Но детские радости лежат на поверхности событий; радуясь чужим святкам, просторам, чужому гостеприимству, дети эмигрантов до поры до времени, конечно, не осознают своей национальной непричастности всему этому, своего национального сиротства и неравноправия.
(15) Они верят в сами собой приходящие, не заработанные и не выстраданные чудеса.
(16) Я всего-навсего мечтала о том, как найду «кошелёк с двумя миллионами», один из которых отдам родителям, а второй поделю между бедными русскими студентами, маминой сестрой Асей и Максом Волошиным.
(17) Однажды, начав подметать, я нашла бы возле своей кровати клетку с кроликами, с двумя красноглазыми кроликами.
(18) Мечты миллионера.
По Эфрон А.