ЕГЭ по русскому

Вопрос о роли семьи в жизни человека по тексту А. С. Эфрона «Так мы и зимовали в этой комнате…»

📅 11.03.2020
Автор: Помелова Ольга Владимировна

В воспоминаниях дочери Сергея Эфрона и Марины Цветаевой поднимается вопрос о роли семьи в жизни человека.

А. С. Эфрон рассказывает, как их семья жила за границей. Она вместе с родителями преодолевала трудности, становилась стойкой к «теснившим трудностям и нараставшим тревогам». Родители помогли ей почувствовать счастье жизни даже тогда, когда материально трудно. Они читали, импровизировали. Родители воспитали в дочери непритязательность, скромность в быту, щедрость, желание поделиться с другими последним.

Авторская позиция выражена очень чётко. Если дочь пишет о родителях с такой любовью, ясно, что они сыграли положительную роль в её жизни.

Я согласна с автором статьи. Семья помогает человеку почувствовать счастье, понять, что единение всех членов семьи в трудные моменты способствует развитию жизнестойкости ребенка. Добрые, сердечные взаимоотношения между родителями — вот то, что дети берут из семьи для зарождения собственной семьи.

В качестве аргумента я расскажу о семье Гриневых. Пётр Гринёв жил и воспитывался в дворянских традициях того времени. Главную роль в определении дальнейшей судьбы недоросля сыграл отец. Его решение отправить сына на службе не в Петербург, а в оренбургские степи было желанием вырастить из сына не гуляку, шалопая, а верного императрице офицера. Нравственными принципами семьи Гринёвых были принципы честного отношения к службе, исполнения воинского долга. Нравственной опорой в течение все дальнейшей жизни для Петра стал отцовский наказ: «Береги честь смолоду». Кроме отца, в нравственном становлении Гринёва большое значение имел дядька Савельича, который стал для Петруши как член семьи. Поступки и поучения Савельича учили Петра жизни. Дядька советовал ему вести трезвый образ жизни, не оставлял его в трудных ситуациях, считал, что надо всегда быть верным другому человеку и верить в преданность. Слуга был тому, что ему доверяют. Он заботился и о девушке, которую Пётр выбрал в невесты и считал, что она и без приданого достойная девушка.

О том, как складывались отношения родителей и детей в семьях будущих молодогвардейцев, рассказывает А. А. Фадеев в романе «Молодая гвардия». Елена Николаевна, мать Олега Кошевого, одного из руководителей подпольной комсомольской организации «Молодая гвардия», сыграла огромную роль в воспитании сына, его дальнейшей общественной и личной жизни. Сын всегда делился с ней всем. Узнав о том, что он перестал встречаться больше с Леной Поздышевой из-за того, что она недостойно вела себя по отношению к немцам — принимала их подарки — мать посоветовала ему не жалеть о разрыве, она помогла Олегу сделать вывод о том, что эта девушка такой была и раньше. Просто они этого не разглядели. Елена Николаевна защищала сына, когда он не уступил немцу-денщику, поселившемуся у них в доме. Во время откровенных разговоров с сыном об участии в подпольной борьбе она старалась поддержать его силу духа и советовала всегда и везде не бояться, быть сильным до последнего дыхания. Отчим тоже был для Олега настоящим другом. Они о многом беседовали. Отчим научил его работать физически, управлять лошадьми, лодкой. Он развил в юноше стойкость, выносливость, мужественность. Во время оккупации пасынок узнал, что отчим не сдал радиоприемник и хранил его в доме, под половицей. Олег Кошевой взял его фамилию Кашук в качестве подпольной клички. Отчим и мать воспитали сына сильным духом, мужественным, таким, которого фашисты не могли сломать.

Проблема, поднятая автором текста, всегда останется актуальной, потому что именно у родителей дети учатся всему. Большее значение в формировании всех качеств ребёнка принадлежит, конечно, родителям. Хотелось бы, чтобы люди на Земле писали такие добрые воспоминания о родителях.

Исходный текст
Так мы и зимовали в этой комнате с зелёными рамами и низким небелёным потолком (это было в 1923 году под Прагой) у глухой старушки с собакой Румыгой. Зимовали хорошо, тесно, дружно, пусть и трудно. Главное же, мужественная бедность Марины и Серёжи, достоинство, выдержка и зачастую юмор, с которым они боролись со всеми повседневными тяготами, поддерживая и ободряя друг друга, вызывали у меня такое жаркое чувство любви к ним и соратничество с ними, что уже это само по себе было счастьем. Счастьем были вечера, которые иногда проводили мы вместе у стола, освобождённого от посуды, весело протёртого мокрой тряпкой, уютно и торжественно возглавляемого керосиновой лампой с блестящим стеклом. Серёжа читал нам вслух; Марина и я, слушая, чинили, латали. Счастьем была наша семейная сказка-импровизация, которую Марина и Серёжа рассказывали мне перед сном. Это была длинная звериная повесть; начало её, конечно, терялось в юности моих родителей. Серёжа замечательно изображал Льва и Обезьяну, Марина — Кошку и Рысь. Лев был благороден, Рысь — непоследовательна и коварна. Издавна и нежно повелось: Марина звала Серёжу Львом, Лёве, он её — Рысью, Рысихой. Маринины тетради испещрены Серёжиными рисунками: уходя, а чаще всего убегая, «утаптывая», как говорил Лев из сказки, Серёжа набрасывал силуэт Льва, благодарного, пообедавшего, с толстым пузом или привычно тощего; Льва, плачущего крупными слезами или смеющегося во всю пасть, чтобы Марина, раскрыв тетрадь, улыбнулась ему вслед. Марина же подписывала свои письма букой «Р» и рисовала в виде росчерка длиннохвостую дикую кошку или только ухо её с кисточкой, чуткое ухо Рыси. Об этих своих счастьях позволяю себе упоминать только потому, что они были островками радости и для моих родителей, передышками на пути теснивших трудностей и нараставших тревог. Но детские радости лежат на поверхности событий; радуясь чужим святкам, просторам, чужому гостеприимству, дети эмигрантов до поры до времени, конечно, не осознают своей национальной непричастности всему этому, своего национального сиротства и неравноправия. Они верят в сами собой приходящие, не заработанные и не выстраданные чудеса. Я всего-навсего мечтала о том, как найду «кошелёк с двумя миллионами», один из которых отдам родителям, а второй поделю между бедными русскими студентами, маминой сестрой Асей и Максом Волошиным. Однажды, начав подметать, я нашла бы возле своей кровати клетку с кроликами, с двумя красноглазыми кроликами. Мечты миллионера.