Текст:
(1) У нас выпало несколько свободных часов после осмотра Акрополя, после музея, после обеда с концертом, с послом и тостами.
(2) Свободное от программы время.
(3) Главное свободное от толпы своих, от пояснений гида, вопросов, команд старост групп.
(4) Это были блаженные, святые, самые драгоценные часы, когда мы могли чувствовать себя пунабита была моя голова.
(9) Я предложил Паустовскому проехать город на автобусе, потом вернуться пешком, сверяясь с планом.
(10) Паустовский отказался, сослался на уста-лость.
(11) Зной этого огромного дня истомил, с утра мы карабкались по сухому холму к Парфенону; камни, небо — всё было раскалено, выжжено, залито беспощадным солнцем.
(12) Паустовский сказал, что лучше он посидит под зонтиком уличного кафе.
(13) Он и меня пригласил, но я, выпив с ним оранжад, оставил его в непрочной тени кафе и ринулся в мраморную духовку города, в центр, оттуда в деловые кварталы, в толпу, в бульвары.
(14) Что за той аркой?
(15) A там, в переулке?..
(16) К тому же я ещё фотографи-ровал.
(17) Судя по плану, я обегал почти весь центр.
(18) Успел осмотреть все помеченное цифрами на карте.
(19) Я выложился в этом марафоне до отказа, как настоящий стайер.
(20) Поздно вечером мы вернулись на свой теплоход.
(21) Я был вымотан и доволен.
????Мы лежали на шезлонгах, и я рассказывал Константину Георгиевичу про Афины.
????То есть о том, сколько я исходил, обегал, о том, что я отщёлкал три плёнки, осмотрел почти все стоящее.
??
(24) А вы что успели?
(25) Где были? — спросил я.
??
(26) 0, я так и просидел в этом кафе, - сказал Паустовский.
(27) Было жаль его и было немного стыдно, что я, молодой, здоровый, расхвастался перед пожилым человеком, у которого не хватило сил носиться по городу.
(28) Он слушал меня внимательно, но как-то без обычного живого интереса.
(29) Пока мы шли к Италии, Паустовский время от времени рассказывал: сперва про парочку, которая сидела в афинском кафе за соседним столиком, он - китаец, она — молоденькая мулатка, потом про монахов-доминиканцев, про драку афинских мальчишек и продавца губок, про борзую и терьера, которые жили напротив кафе во дворе мрамор-ного особняка.
(30) Конца и края не было его рассказам.
(31) Там, в кафе, к нему подсела старушка, американская туристка, она была из Ростова-на-Дону, вдова пароходовладель-ца, в Америке она помогала Михаилу Чехову, а дети её учились у Питирима Сорокина.
????И официант тоже знал русский и вступил в разговор с ними, он служил когда-то в
Афонском монастыре.
????Спустя месяц, дома, я проявлял плёнки.
(34) То, что это Афины, я узнал только по буквам на вывесках.
(35) Больше всего меня поразил один памятник.
(36) Несколько раз я его отснял, с разных точек, но я совершенно не помнил этого памятника, ни площади, на которой он стоял.
(37) Судя по фотографиям, он был из белого мрамора.
(38) Фотографии были как чужие, сделанные кем-то, в незнакомом месте.
(39) Перелистывая путеводитель, я наконец нашёл, что это памятник Байрону.
(40) Сам я этого памятника не видел, снимал, а не видел, всё внимание ушло на выбор освещения, экспозиции.
(41) И с остальными снимками обстояло почти так же.
(42) На фотобумаге по-являлись незнакомые мне места, ворота, витрины.
(43) Ничто не откликалось этим сним-кам, никаких воспоминаний.
(44) Были Афины или не были?
(45) Скорее, что не были, всё слилось в потную беготню.
(46) Афины у меня остались прежде всего из рассказов Паустовского.
(47) Случай этот заставил усвоить совсем непростую истину: как много можно увидеть на одном месте.
(48) Путешествие не сводится к поглощению пространства.
(49) Нам кажется, что мы больше узнаем двигаясь, но о чужой стране можно многое узнать, просидев несколько часов в уличном кафе.
(По Д.А. Гранину")