(1) Я уже смутно помню этого сутулого худощавого человека, всю жизнь представлявшегося мне стариком.
(2) Опираясь о большой зонт, он неутомимо от зари до зари шагал по обширнейшему участку.
(3) Это был район бедноты, сюда не ездили извозчики, да у доктора Янсена на них и денег-то не было.
(4) А были неутомимые ноги, великое терпение и долг.
(5) Неоплатный долг интеллигента перед своим народом.
(6) И доктор бродил по доброй четверти губернского города Смоленска без выходных и без праздников, потому что болезни тоже не знали ни праздников, ни выходных, а доктор Янсен сражался за людские жизни.
(7) Зимой и летом, в слякоть и вьюгу, днём и ночью.
(8) Врачебный и человеческий авторитет доктора Янсена был выше, чем можно себе вообразить в наше время.
(9) Он обладал редчайшим даром жить не для себя, думать не о себе, заботиться не о себе, никогда никого не обманывать и всегда говорить правду, как бы горька она ни была.
(10) Такие люди перестают быть только специалистами: людская благодарная молва приписывает им мудрость, граничащую со святостью.
(11) И доктор Янсен не избежал этого.
(12) Человек, при жизни возведённый в ранг святого, уже не волен в своей смерти, если, конечно, этот ореол святости не создан искусственным освещением.
(13) Доктор Янсен был святым города Смоленска, а потому и обречённым на особую, мученическую смерть.
(14) Нет, не он искал героическую гибель, а героическая гибель искала его.
(15) Доктор Янсен задохнулся в канализационном колодце, спасая детей.
(16) В те времена центр города уже имел канализацию, которая постоянно рвалась, и тогда рылись глубокие колодцы.
(17) Над колодцами устанавливался ворот с бадьёй, которой откачивали просочившиеся сточные воды.
(18) Процедура была длительной, рабочие в одну смену не управлялись, всё замирало до утра, и тогда бадьёй и воротом завладевали мы.
(19) Нет, не в одном катании — стремительном падении, стоя на бадье, и медленном подъёме из тьмы — таилась притягательная сила этого развлечения.
(20) Провал в преисподнюю, где нельзя дышать, где воздух перенасыщен метаном, впрямую был связан с недавним прошлым наших отцов, с их риском, их разговорами, их воспоминаниями.
(21) Наши отцы прошли не только Гражданскую, но и Первую мировую, «германскую» войну, где применялись реальные отравляющие вещества.
(22) И мы, сдерживая дыхание, с замирающим сердцем летели в смрадные дыры, как в газовую атаку.
(23) Обычно на бадью становился один, а двое вертели ворот.
(24) Но однажды решили прокатиться вдвоём, и верёвка оборвалась.
(25) Доктор Янсен появился, когда возле колодца метались двое пацанов.
(26) Отправив их за помощью, доктор тут же спустился в колодец, нашёл уже потерявших сознание мальчишек, сумел вытащить одного и, не отдохнув, полез за вторым.
(27) Спустился, понял, что ещё раз ему уже не подняться, привязал мальчика к обрывку верёвки и потерял сознание.
(28) Мальчики пришли в себя быстро, но доктора Янсена спасти не удалось.
(29) Так погиб последний святой города Смоленска, ценою своей жизни оплатив жизнь двух мальчиков, и меня потрясла не только его смерть, но и его похороны.
(30) Весь Смоленск от мала до велика хоронил своего Доктора.
По Васильеву Б.