(1) Тридцать семь комнат выходили в длинный, как пожарная кишка, коридор.
(2) В каждой комнате — семья.
(3) В каждой семье свои радости и беды.
(4) И часто случалось, что в одной комнате веселятся, а в другой плачут.
(5) В одной шум и гам, а в соседней жуткая тишина.
(6) Пять этажей было в этом старом доме, построенном когда-то заводовладельнсм для своих рабочих.
(7) Жили в нём труженики.
(8) Многодстные и бездетные, одиночки, вдовы с детьми.
(9) В праздники жильцы выходили в коридор и веселились сообща.
(10) 13 будни ссорились, мирились, откровенничали, чтобы потом же корить друг друга, одалживались до получки, помогали в несчастье, порой завидовали в радости.
Возможно, они были бы лучше, если бы избавились от такой скученности.
(12) Но в то время это было невозможно, поэтому в характере жильцов такой комнатной систем,., были грубость, и недоброжелательство, и сварливость.
(13) Эго от носилось особенно к тем жен, пипам, которые не работали на производстве, а знали только один свой твёрдо определенный круг: продуктовую лавку,кухню, своё жильё и постоянную заботу о своих близких — как бы их повкуснее накормить, да так, чтобы это было недорого.
(14) Собираясь на кухне, они обсуждали свои дела, перемывали косточки тем. кого в этот час с ними не было.
(15) Порой доставалось от них и Насте, сухой, нервной женшинс, потерявшей в блокаду мужа и двоих детей.
(16) Она жила одна.
(17) В летнее время на выходной ездила на дачу к своей сестре, жене профессора-медика.
(18) Та любила цветы, и весь участок у неё пламенел от множества георгинов, гладиолусов, маков, флоксов.
(19) Возврашаясь от сестры, Настя привозила громадный букет, вызывавший у всех соседок зависть и раздражение. —
(20) Ну до чего жадна, — собираясь на кухне, говорили они. — (2!)Вот сколько её знаю, ни разу не одарила хоть цветочком. —
(22) Чего захотела, она скорей удавится, чем лепесток даст,— с сердцем говорила Нюрка.
(23) Жила она с сыном, муж-водопроводчик ушёл от неё лет десять назад, и с тех пор она стала ко всему относиться недоверчиво и зло. —
(24) И зачем ей цветы, она и нюхать-то их не может со своим насморком, — пожимая острыми плечами, фыркала триднапшетняя Сонечка, уже успевшая три раза выйти замуж и теперь жившая с четвёртым — пожилым проводником. —
(25) Ох и алые же вы, бабоньки.
(26) Ну чего вам дались её цветы,— говорила старая Катя.
—
(27) Не троньте вы её.
(28) Нелегко ей. —
(29) А нам легко? — сразу накидывалась на неё Нюрка. —
(30) И тебе нелегко.
(31) А поругаешь, что, легче, что ль. станет?
(32) И, позабыв про Настю, просе цветы, начинали ругаться, поносить друг друга, но тут у кого-нибудь закипал чайник, у другой пузырём подымалось вскипевшее молоко, и разговоры и ссоры сами собой обрывались, и кухня пустела. (ЗЗ)Но вот на кухне появился большой букет из огненно-красных, белых, карминно-розовых, пурпурно-фиолетовых огней.
—
(34) Доченька, а цветы ведь нам привезла Настёна.
(35) Она и па кухне поставила, чтобы для всех…
(36) На шум по открывались соседние двери.
(37) Из них выглянули Сонечка и Нюрка.
(38) И. странное дело, что-то произошло с этим букетом.
(39) Пока он был Настин, никто в нём не в, цел той красоты, какая появилась теперь.
(40) Женшпны восклицали, разглядывали, улыбнись друг другу.
(41) И в какую-то минуту наступила тишина.
(42) Жепшпны задумались.
(43) 0 чём?
(44) 4 го вспомнили?
(45) 4 го навеяли нм цветы?
(46) Можст, детство, с лужайками и полянами, с легкими облаками, плывущими по синему небу, речку с тёплыми берегами.
(47) Может, юность, ту безмятежную пору, когда ни о чём не думается, ни о чём не грустится.
(48) Что-то приветливое, ласковое касалось их сердец и, как слабые отсветы чего-то хорошего, появлялось на их усталых, раньше времени постаревших лицах.
(49) Может, думали и о том, что в повседневной сутолоке, в беспрерывных заботах совсем забыли, что кроме кухни, лавки, дымного города есть ещё земля, с цветами, с озёрами, тенистыми лесами, светлыми полянками, что надо бы почаще там бывать, что не должна вся жизнь пройти в этих пустых, почерневших от паров и поджарок кухонных стенах, что жить надо светлее.
—
(50) Цветы… — прошептала Сонечка и склонилась, коснулась их щекой.
(51) И все улыбнулись и незнакомо притихли.
(52) А в кухне уже наступал вечер.
(53) Солнце садилось где-то за городом, там, где леса и реки, где поля и цветы.
(54) Нс покидало женщин светлое состояние и утром.
(55) В отличие от прежних многих дней, они не были раздражены, не схватывались из-за ерунды, не торопились занять крайние, более удобные горелки.
(56) Были предупредительны, уступчивом, словно поняли, что всё грубое не нужно, что можно хорошо жить, уважая друг друга.
По С.А. Воронину