(1) Когда я подъезжаю на поезде к Бийску (от Новосибирска до Бийска поезд идёт ночь), когда начинаю слышать в темноте знакомое, родное, сельское подпевание в словах, я уже не могу заснуть, даже если еду в купе, волнуюсь, начинаю ворошить прожитую жизнь…
(2) Поезд останавливается у каждого столба, собирает в ночи моих шумных, напористых земляков, вагон то и дело оглашается голосами.
(3) Конечно, тут не решаются проблемы НТР, но тут опять обнаруживается глубокое, давнее чувство справедливости, перед которым я немею.
(4) Как-то ночью в купе вошла тетя-пассажирка, увидела, что здесь сравнительно свободно (в бойкие месяцы едут даже в коридорах купейных вагонов, сидят на чемоданах, благо ехать близко), распахнула пошире двери и позвала ещё свою товарку: «Нюра, давай ко мне, я тут нашла местечко!» На замечание, что здесь – купе, места, так сказать, дополнительно оплаченные, тётя искренне удивилась: «Да вы гляньте, чо в коридоре-то делается!..
(5) А у вас вон как просторно».
(6) Отметая в уме все «да» и «нет» в пользу решения вопроса таким способом, я прихожу к мысли, что это – справедливо.
(7) Конечно, это несколько неудобно, но…
(8) Но уж пусть лучше мы придём к мысли, что надо строить больше удобных вагонов, чем вести дело к иному: одни будут в коридоре, а другие – в загородочке, в купе.
(9) Дело в том, что и в купе-то, когда так людно, тесно, ехать неловко, совестно.
(10) А совесть у человека должна быть, пусть это и нелепо с точки зрения «правила передвижения пассажиров» – правила можно написать другие, была бы жива совесть.
(11) Человек, начинённый всяческими «правилами», но лишённый совести, – пустой человек, если не хуже.
(12) Родина…
(13) Я живу с чувством, что когда-нибудь я вернусь на родину навсегда.
(14) Может быть, мне это нужно, думаю я, чтобы постоянно ощущать в себе житейский «запас прочности»: всегда есть куда вернуться, если станет невмоготу.
(15) Одно дело жить и бороться, когда есть куда вернуться, другое дело, когда отступать некуда.
(16) Я думаю, что русского человека во многом выручает сознание этого вот – есть ещё куда отступать, есть где отдышаться, собраться с духом.
(17) И какая-то огромная мощь чудится мне там, на родине, какая-то животворная сила, которой надо коснуться, чтобы обрести утраченный напор в крови.
(18) Видно, та жизнеспособность, та стойкость духа, какую принесли туда наши предки, живёт там с людьми и поныне, и не зря верится, что родной воздух, родная речь, песня, знакомая с детства, ласковое слово матери врачуют душу.
(19) Я долго стыдился, что я из деревни и что деревня моя чёрт знает где – далеко.
(20) Любил её молчком, не говорил много.
(21) Служил действительную, как на грех, во флоте, где в то время, не знаю, как теперь, витал душок некоторого пижонства: ребятки в основном все из городов, из больших городов, я и помалкивал со своей деревней.
(22) Но потом – и дальше, в жизни – заметил: чем открытее человек, чем меньше он чего-нибудь стыдится или боится, тем меньше желания вызывает у людей дотронуться в нём до того места, которое он бы хотел, чтоб не трогали.
(23) Смотрит какой-нибудь ясными-ясными глазами и просто говорит: «вяцкий».
(24) И с него взятки гладки.
(25) Я удивился – до чего это хорошо, не стал больше прятаться со своей деревней.
(26) Конечно, родина простит мне эту молодую дурь, но впредь я зарёкся скрывать что-нибудь, что люблю и о чём думаю.
(27) То есть нельзя и надоедать со своей любовью, но как прижмут – говорю прямо.
(28) Родина…
(29) И почему же живёт в сердце мысль, что когда-то я останусь там навсегда?
(30) Когда?
(31) Ведь непохоже по жизни-то…
(32) Отчего же?
(33) Может, потому, что она и живёт постоянно в сердце, и образ её светлый погаснет со мной вместе.
(34) Видно, так.
(35) Благослови тебя, моя родина, труд и разум человеческий!
(36) Будь счастлива!
(37) Будешь ты счастлива, и я буду счастлив.
(38) Круг проблем: Проблема восприятия малой ро-дины. (Чем является для человека малая родина?).
(39) Авторская позиция: Место, где человек родился и вырос, является частью его самого, несмотря на то что он давно покинул родные края.