(1) Мне было четырнадцать лет, когда я написал автобиографию впервые.
(2) Для поступления в техникум требовалось свидетельство о рождении.
(3) И вот я двинулся выправлять метрики.
(4) Дело было сразу после войны.
(5) Есть хотелось беспрерывно, даже во время сна, но все равно жизнь казалась хорошей и радостной.
(6) Еще более удивительной и радостной представлялась она в будущем.
(7) С таким настроением я и топал семьдесят километров по майскому, начинающему просыхать проселку.
(8) На мне были почти новые, обсоюженные сапоги, брезентовые штаны, пиджачок и простреленная дробью кепка.
(9) В котомку мать положила три соломенных колоба и луковицу, а в кармане имелось десять рублей деньгами.
(10) В девять часов явилась непроницаемая заведующая с бородавкой на жирной щеке.
(11) Набравшись мужества, я обратился к ней со своей просьбой.
(12) Было странно, что на мои слова она не обратила ни малейшего внимания.
(13) Даже не взглянула.
(14) Я стоял у барьера, замерев от почтения, тревоги и страха, считал черные волосинки на теткиной бородавке.
(15) Сердце как бы ушло в пятку…
(16) Теперь, спустя много лет, я краснею от унижения, осознанного задним числом, вспоминаю, как тетка, опять же не глядя на меня, с презрением буркнула:
— Пиши автобиографию.
(17) Бумаги она дала.
(18) И вот я впервые в жизни написал автобиографию:
«Я, Зорин Константин Платонович, родился в деревне Н…ха С…го района А…ской области в 1932 году.
(19) Отец — Зорин Платон Михайлович, 1905 года рождения, мать — Зорина Анна Ивановна с 1907 года рождения.
(20) До революции родители мои были крестьяне-середняки, занимались сельским хозяйством.
(21) После революции вступили в колхоз.
(22) Отец погиб на войне, мать колхозница.
(23) Окончив четыре класса, я поступил в Нскую семилетнюю школу.
(24) Окончил ее в 1946 году».
(25) Дальше я не знал, что писать, тогда все мои жизненные события на этом исчерпывались.
(26) С жуткой тревогой подал бумаги за барьер.
(27) Заведующая долго не глядела на автобиографию.
(28) Потом как бы случайно взглянула и подала обратно: —
Ты что, не знаешь, как автобиографию пишут?…Я переписывал автобиографию трижды, а она, почесав бородавку, ушла куда-то.
(29) Начался обед.
(30) После обеда она все же прочитала документы и строго спросила:
— А выписка из похозяйственной книги у тебя есть?
(31) Сердце снова опустилось в пятку: выписки у меня не было…
(32) И вот я иду обратно, иду семьдесят километров, чтобы взять в сельсовете эту выписку.
(33) Я одолел дорогу за сутки с небольшим и уже не боясь беженцев.
(34) Дорогой ел пестики и нежный зеленый щавель.
(35) Не дойдя до дому километров семь, я потерял ощущение реальности, лег на большой придорожный камень и не помнил, сколько лежал на нем, набираясь новых сил, преодолевая какие-то нелепые видения.
(36) Дома я с неделю возил навоз, потом опять отпросился у бригадира в райцентр.
(37) Теперь заведующая взглянула на меня даже со злобой.
(38) Я стоял у барьера часа полтора, пока она не взяла бумаги.
(39) Потом долго и не спеша рылась в них и вдруг сказала, что надо запросить областной архив, так как записи о рождении в районных гражданских актах нет.
(40) Я вновь напрасно огрел почти сто пятьдесят километров…
(41) В третий раз, уже осенью, после сенокоса, я пришел в райцентр за один день: ноги окрепли, да и еда была получше — поспела первая картошка.
(42) Заведующая, казалось, уже просто меня ненавидела.
(43) — Я тебе выдать свидетельство не могу!
(44) — закричала она, словно глухому.
(45) — Никаких записей на тебя нет!
(46) Нет!
(47) Ясно тебе?
(48) Я вышел в коридор, сел в углу у печки и…
(49) Разревелся.
(50) Сидел на грязном полу у печки и плакал, — плакал от своего бессилия, от обиды, от голода, от усталости, от одиночества и еще от чего-то.
(51) Теперь, вспоминая тот год, я стыжусь тех полудетских слез, но они до сих пор кипят в горле.
(52) Обиды отрочества — словно зарубки на березах: заплывают от времени, но никогда не зарастают совсем.
( По В.Белову)
Василий Иванович Белов – русский писатель
Если проблема указана неверно, помогите, пожалуйста, ее определить