Какие чувства человек испытывает на войне? Эту проблему поднимает Борис Давыдович Сурис.
Рассуждая над ней, автор рассказывает о мужчине, находящимся в центре военных событий. Чтобы укрыться от немецких самолётов главный герой и Артёменко "свалились в щель, где уже лежал доктор". Грязные подошвы докторских сапог оказались под щекой рассказчика и пачкали всё лицо, но это уже не имело никакого значения, потому что главный герой чувствовал лишь беззащитность, жестокость войны и как всё, чем была заполнена его недолгая жизнь," сплющивалось, сжималось до степени конспектов и полностью умещалось на поверхности этих подошв". Эта метафора показывает, как незначительно было то, что раньше раньше делал герой, какими знаниями обладал, ведь он находился в неизвестности и ожидании.
Кроме того, Борис Давыдович говорит о том, что близость смерти замкнула существование главного героя :" исчезло прошлое, и под сомнением оказалось будущее". Страх и безысходность повлияли на мужчину, он не мог представить, что будет дальше, ведь мог умереть в любую секунду. Автор сравнивает "рамку", в которую близость смерти замкнула их существование, с мышеловкой, чтобы показать всю безысходность ситуации. Человек, находясь в выкопанной щели, был как мышь, которая не может спастись от гибели.
Эти примеры дополняют друг друга, что помогает лучше понять чувства человека на войне.
Позиция автора такова: люди во время боевых действий перестают думать о прошлом и будущем, о своих планах и проблемах, ощущают беззащитность, осознают жестокость происходящих событий.
Я полностью согласна с мнением Бориса Давыдовича Суриса. Например, Андрей Соколов из произведения "Судьба человека" М. А. Шолохова испытывал такие чувства, как несправедливость, жестокость, безысходность. Мужчина, находясь в плену, выполнял тяжёлую работу и испытывал бесчеловечность со стороны надзирателей, издевающихся над людьми. Но Андрею Соколову хватило смелости сбежать из лагеря и внести свой вклад в победу. Только сильные духом могут противостоять войне и перебороть тяжёлые эмоции, которые им приносят боевые действия.
Таким образом, люди на войне испытывают жестокость, безысходность, страх, вся их жизнь остаётся позади и в мыслях только неминуемая гибель.
(4)— Не меньше полусотни, — сказал я.
(5)Мы стали на край узкой щели, готовые спрыгнуть туда, когда придёт момент. (6)Она была узкая и глубокая, как могила, и очень неуютная, а после вчерашнего дождя в неё натекла вода, но всё же было очень благоразумно заранее выкопать хоть такую щель.
(7)Мерный рокот авиационных моторов рос и ширился, заполнял пространство, десятки тысяч лошадиных сил несли по воздуху сотни тонн бомб, чтобы в сознании собственного превосходства и безнаказанности сбросить их на наши головы.
(8)В тяжкий гул вмешались одиночные винтовочные выстрелы, несколько раз бухнули противотанковые ружья, и где-то нервно и коротко прострочили из бесполезного автомата.
(9)Гул моторов перекрывал все остальные звуки: «юнкерсы» шли чётким строем, тройками, одно звено за другим, всё небо было полно самолётов, маленькие, тонкие «мессеры» вились между тяжело нагруженными машинами. (10)Рокот нарастал, и в этом рокоте стало различимо заунывное подвывание — верный признак немцев. (11)Самолёты всё шли, их было и в самом деле, не менее пятидесяти, и было удивительно: неужели такая громада вся против нас, таких «маленьких и беззащитных, у которых нет ничего для спасения, кроме этой ненадёжной щели.
(12)— Сюда летят, — сказал Артёменко.
(13)Доктор зачем-то застегнул шинель на все пуговицы, потом опять распахнул её. (14)Он заметно побледнел.
(15)Первая партия развернулась от ярко сияющего солнца, выстроилась и стала медленно дружить, как будто высматривая что-то на земле. (16)Спокойное ясное небо голубело в самой вышине. (17)А земля загудела и забилась дрожью, отзываясь на неумолчный глухой вой и рокот. (18)Вот первая тройка, клюнув носом, стремительно пошла в пике. (19)Самолёты падали чуть ли не до самой земли, а затем взмывали кверху, показывая нам своё бронированное брюхо и жёлтые концы крыльев, и от них оторвался и понёсся вниз нарастающий пронзительный визг, и донеслись тупые удары, и за ближними хатами встали развесистые синие с чёрным дымы, шурша прилетел издалека и упал около нас обессилевший осколок, и следующая тройка вышла в пике — прямо на нас.
(20)Артёменко дёрнул меня за руку, и мы оба свалились в щель, где уже лежал доктор, и закрыли головы руками, и бомбы с визгом пролетели над нами одновременно с ревущим «юнкерсом» и взорвались где-то совсем недалеко, ослепительно блеснуло, и посыпались грязь и осколки, и щель заволокло синим дымом.
(21)— Перелёт, — приподнялся было я, но поскорее опять уткнулся в сапоги доктора, потому что «юнкерс» — тот же самый или другой — страшно низко прошёл над нами, стреляя, и видно было, как из втулок пропеллеров вырываются короткие язычки огня, и опять провизжало над нами и пробарабанило по земле.
(22)А потом пошло светопреставление: грохот близких и далёких взрывов, вспышки пулемётных очередей, лай автоматических пушек, рокот и вой пикирующих самолётов, и прилетали на край щели тихие осколки и комья земли, и дым закрыл небо, и в голову не приходило ничего, кроме того, что прямое попадание в щель не такая уж невозможная штука. (23)Мы лежали на самом дне, сжавшись в комок, и старались не думать и не дышать.
(24)Грязные подошвы докторских сапог оказались у меня как раз под щекой и пачкали всё лицо, но отодвинуться от них было некуда, да и незачем. (25)Какое это имело значение, когда каждую секунду от нас могло ничего не остаться? (26)Человечество исчезло.
(27)Человечество и мир ограничивались четырьмя могильными стенками, покрытыми полужидкой слизью, лужей воды под животом, тремя скрюченными телами, в которых пока ещё теплилась жизнь, и этими сапогами у самых глаз. (28)Подошвы сапог придвигались всё ближе
и ближе и разрастались до гигантских размеров. (29)Они поглощали всё остальное.
(30)Былые детские мечты о счастливом будущем, искания правды в служении прекрасному, высокомерные юношеские планы покорения вселенной путём создания прекрасных произведений искусства — всё, чем когда-то была заполнена моя недолгая жизнь, сплющивалось, сжималось до степени конспектов и полностью умещалось на поверхности этих подошв, подбитых железными подковками и облепленных жёлтой глиной. (31)Да и не были ли они последним, что мне суждено видеть на этом свете, — торчащие перед глазами подкованные подошвы?.. (32)Холодная земля, спасающая от бомб, и пара сапог — больше ничего. (33)Остальное осталось там. (34)Снаружи. (35)Но там сейчас грохот и вой и тоже больше ничего.
(36)Близость смерти вдруг замкнула наше существование в узкую, как мышеловка, рамку, по обеим сторонам которой больше ничего не было. (37)Исчезло прошлое, и под сомнением оказалось будущее. (38) Только грохот и вой – больше ничего… (39) И земля ходит ходуном, трясется и вот-вот сойдется вверху над нами, окончательно похоронив.
(40) Мне казалось, что я задыхаюсь.
К1- 1 балл (Проблема сформулирована)
К2 – 5 баллов (Примеры пояснены, смысловая связь между ними выявлена)
К3 – 1 балл (Авторская позиция сформулирована)
К4 – 1 балл (Отношение к авторской позиции выражено)
К5 – 1 балл «Но Андрею Соколову хватило смелости сбежать из лагеря и внести свой вклад в победу» (Предложение звучит так, что ему «хватило смелости внести свой вклад в победу; логическая ошибка)
К6 -0 баллов, так как по К10 не набран высший балл
К7 – 2 балла «мужчине, находящимся в центре военных событий» (находящемся)
К8 – 3 балла (Пунктуационных ошибок нет)
К9 – 1 балл «Эти примеры дополняют друг друга, что помогает лучше понять чувства человека на войне» (нарушение в построении СП)
К10- 0 баллов «Эту проблему поднимает» (нарушение лексической сочетаемости)
«испытывал бесчеловечность со стороны надзирателей» (нарушение лексической сочетаемости)
«внести свой вклад в победу» (неуместное употребление канцеляризма)
«могут противостоять войне» (речевая недостаточность)
К11 – 1 балл (Этические ошибки в работе отсутствуют)
К12 – 1 балл (Фактических ошибок нет)