Война- соме ужасное событие, которые может быть в судьбе. Людям нужно забыть о чувствах, беспокойствиях, чтобы сохранить здравое мышление. Война, несомненно, меняет каждого, поэтому Виктор Петрович Астафьев в своем отрывке ставит проблему влияния войны на человека.
Автор сопоставляет два эпизода, которые наиболее ярко помогают передать влияние войны.
Война оставляет отпечаток на внешности. Виктор Петрович показывает, что и на обычных рядовых, и на командирах видно, насколько они устали от войны. Солдат-окопников писатель изображает как мятых, сумрачно выглядевших, а самого командующего в долгополой шинели, с лицом воскового цвета, смятым от усталости. Следует сделать вывод, что в первую очередь война влияет на облик, наружность.
В дополнение к вышесказанному приведу еще один фрагмент, который иллюстрирует влияние войны на душу. Виктор Астафьев на примере командующего фронтом говорит, что во время войны таких страшных ситуаций главное не терять человечности и уважения. Когда умер генерал фашистской дивизии, вокруг были слышны вопли: "Его собакам бы скормить". Но командующий не поддался общему мнению, а приказал похоронить противника на поле боя со всеми воинскими почестями. Размышляя над этим поступком, мы замечает, что на протяжении войны командиру удалось сохранить чувство милосердия.
Виктор Петрович считает, что война старит людей и наносит глубокие раны на жизни воинов, видевших смерти и мучения.
Я согласен с позицией Астафьева, война, конечно, влияет на человека, особенно на тех, кто лично наблюдал, сколько военных погибло в сражениях, кто понимал ответственность за жизни других.
Таким образом, Виктор Петрович Астафьев учит читателей ценить мирное небо над головой и никогда не забывать бойцов, которые освободили Отечество от захватчиков.
— (5)Ну занесла нас нечистая сила... — заворчал комроты Филькин.
(6)У Бориса Костяева похолодело в животе, потную спину скоробило: командующего, да ещё так близко, он никогда не видел. (7)Взводный начал торопливо поправлять ремень, развязывать тесёмки шапки. (8)Пальцы не слушались его, дёрнул за тесёмку — с мясом оторвал её. (9)Он не успел заправить шапку ладом. (10)Майор в жёлтом полушубке, с портупеей через оба плеча, поинтересовался, кто такие.
(11) Комроты Филькин доложил.
— (12)Следуйте за мной! — приказал майор.
(13) Командующий и его свита посторонились, пропуская мимо себя мятых, сумрачно выглядевших солдат-окопников. (14)Командующий прошёлся по ним быстрым взглядом и отвёл глаза. (15)Сам он хотя и был в чистой долгополой шинели, в папахе и поглаженном шарфе, выглядел среди своего окружения не лучше солдат, только что вылезших с переднего края. (16)Глубокие складки отвесно падали от носа к строго сжатым губам. (17)Лицо его было воскового цвета, смятое усталостью.
(18) И в старческих глазах, хотя он был ещё не старик, далеко не старик, усталость, всё та же безмерная усталость. (19)В свите командующего слышался оживлённый говор, смех, но командующий был сосредоточен на своей какой-то невесёлой мысли.
(20) И всё звучала музыка, хрипя, изнемогая, мучаясь.
(21) По фронту ходили всякого рода легенды о прошлом и настоящем командующего, которым солдаты охотно верили, особенно одной из них. (22)Однажды он якобы напоролся на взвод пьяных автоматчиков и не отправил их в штрафную, а долго вразумлял.
— (23)Вы поднимитесь на цыпочки — ведь Берлин уж видно! (24)Я вам обещаю: как возьмём его — пейте сколько влезет! (25)А мы, генералы, вокруг вас караулом стоять будем! (26)3аслужили! (27)Только дюжьте, дюжьте...
— (28)Что это? — поморщился командующий. — (29)Да выключите вы музыку!
(30) Следом за майором стрелки вошли в клуню, проморгались со свету...
(31) На снопах белой кукурузы, засыпанной трухой соломы и глиняной пылью, лежал погибший немецкий генерал в мундире с яркими колодками орденов, тусклым серебряным шитьём на погонах и на воротнике. (32)В углу клуни, на опрокинутой веялке, накрытой ковром, стояли телефоны, походный термос, маленькая рация с наушниками. (33)К веялке придвинуто глубокое кресло с просевшими пружинами, а на нём — скомканный клетчатый плед, похожий на русскую бабью шаль.
(34) Возле генерала стоял на коленях немчик в кастрюльного цвета шинели, в старомодных, антрацитно сверкающих ботфортах, в пилотке, какую носил ещё Швейк, только с пришитыми меховыми наушниками.
(35) Перед ним, на опрокинутом ящике, хрипел патефон, старик немец крутил ручку патефона, и по лицу его безостановочно катились слёзы...
(36) Командующий с досадой шмыгнул носом. (37)Повелительно приказал:
— Схоронить генерала, павшего на поле боя, со всеми воинскими почестями: домовину, салют и прочее. (38)Хотя прочего не можем, — командующий отвернулся, опять пошмыгал носом. — (39)Панихиду по нему в Германии справят. (40)Много панихид.
(41)Кругом сдержанно посмеялись.
— (42)Его собакам бы скормить за то, что людей стравил. (43)3а то, что Бога забыл.
— (44)Какой тут Бог? — поник командующий, утирая нос рукавицей. — (45)Если здесь не сохранил, — потыкал он себя рукавицей в грудь, — нигде больше не сыщешь.
(46)Борису нравилось, что сам командующий фронтом, от которого веяло спокойной, устоявшейся силой, давал такой пример благородного поведения, но в последних словах командующего просквозило такое запёкшееся горе, такая юдоль человеческая, что ясно и столбу сделалось бы, умей он слышать: игра в благородство, агитационная иль ещё какая показуха, спектакли неуместны после того, что произошло вчера ночью и сегодняшним утром здесь, в этом поле, на этой горестной земле. (47)Командующий давно отучен войной притворяться, выполнял он чей-то приказ, и всё это было ему не по нутру, много других забот и неотложных дел ждало его, и он досадовал, что его оторвали от этих дел. (48)Мёртвых и пленных генералов он, должно быть, навидался вдосталь.
(49) Командующий что-то буркнул, резко отвернулся, натянул папаху на уши и, по-крестьянски бережно подоткнув полы шинели под колени, устроился в санях.
(50) Что-то взъерошенное и в то же время бесконечно скорбное было в узкой и совсем не воинственной спине командующего, и даже в том, как вытирал он однопалой солдатской рукавицей простуженный нос, виделась человеческая незащищённость.
(51)Так и не обернувшись больше, он поехал по полю. (52)Сани качало и подбрасывало на бугорках, полозьями обнажало трупы.
(53)Кони вынесли пепельно-серую фигуру командующего на танковый след и побежали бойчее к селу, где уже рычали, налаживая дорогу, тракторы и танки. (54)И когда за сугробами скрылись лошади и тоскливая фигура командующего, все долго подавленно молчали.
(По В.П. Астафьеву*)
* Виктор Петрович Астафьев (1924-2001) — советский и российский писатель, драматург, эссеист.
К1 – 1 балл (Проблема сформулирована).
К2 – 2 балла (В одном из приведенных примеров имеется фактическая ошибка, связанная с пониманием текста).
К3 – 1 балл (Авторская позиция сформулирована).
К4 – 0 баллов (Отношение к авторской позиции выражено формально).
К5 – 0 баллов (Логическое нарушение, одна ошибка в абзацном членении текста)
К6 – 0 баллов, так как по К9, К 10 – 0 баллов.
К7 – 3 балла (Орфографических ошибок нет).
К8 - 2 балла «Я согласен с позицией Астафьева, война, конечно, влияет на человека» (должно стоять двоеточие)
К9 - 0 баллов «соме ужасное» (самое);
«событие, которые может быть в судьбе» (нарушение согласования);
«беспокойствиях» (ошибка в словообразовании);
«что во время войны таких страшных ситуаций» (пропущен предлог)
К10 - 0 баллов «событие, которые может быть в судьбе» (речевая недостаточность);
«Астафьев в своем отрывке» (предложенном отрывке);
«приведу еще один фрагмент» (речевая недостаточность)
К11 – 1 балл (Этических нарушений в работе нет).
К12 – 1 балл (Фактических ошибок в фоновом материале нет).