Я часто задумываюсь о том, почему одни люди вызывают у меня глубокое уважение, а другие, внешне приветливые и со всеми ладящие, оставляют смутное чувство тревоги. Недавно мне в руки попал текст Юрия Трифонова, который заставил меня вновь обратиться к этому вопросу. Автор поднимает проблему беспринципности, умения быть «никаким» ради собственной выгоды и показывает, как такое поведение разрушает доверие и отношения между людьми.
Позиция Юрия Трифонова мне видится ясной. Писатель убеждён: люди, умеющие быть «никакими», всегда оказываются в выигрыше, но их везение основано на хитрости и отсутствии твёрдых убеждений. Автор с иронией замечает: «Люди, умеющие быть никакими, продвигаются далеко. <...> Никакие всегда везунчики». Эта мысль звучит как горькое обобщение, но она точно передаёт суть персонажа.
Чтобы понять авторскую позицию глубже, обратимся к примерам из текста. Писатель рассказывает о Вадьке Батоне, который долгое время занимал рассказчика как личность немного загадочная. Автор подробно описывает его: «Он был какой-то для всех подходящий. И с теми, и с этими, и не злой, и не добрый, и не очень жадный, и не очень уж щедрый, и не трусливый, и не смельчак, и вроде бы не хитрец, и в то же время не простофиля». Этот пример-иллюстрация показывает, что Батон не имеет собственного лица, он подстраивается под любую компанию, со всеми ладит и ни к кому не привязан по-настоящему. Пояснение к этому примеру таково: отсутствие чётких нравственных ориентиров делает героя удобным для всех, но одновременно лишает его внутреннего стержня.
Второй пример-иллюстрация связан с решением принять Батона в Тайное общество испытания воли. Когда ему предложили вступить, он ответил неожиданно: «Он сказал, что рад вступить в ТОИВ, но хочет быть вправе когда угодно из него выйти». Поясним: этот поступок раскрывает его истинную цель — владеть чужой тайной, не связывая себя никакими обязательствами. Он хотел быть членом общества и одновременно не быть им, чтобы извлекать выгоду из положения. Неслучайно рассказчик с горечью замечает: «Мы оказались у него в руках».
Смысловая связь между приведёнными примерами — детализация. Первый пример очерчивает общую суть характера Вадьки Батона, его способность быть «никаким» и подстраиваться под всех. Второй пример конкретизирует, как эта черта проявляется в решающий момент, когда герой получает возможность влиять на других. Именно благодаря такому уточнению становится ясно, что беспринципность — не просто особенность натуры, а опасное качество, позволяющее манипулировать людьми и извлекать личную выгоду.
Я разделяю позицию автора. Действительно, люди, лишённые твёрдых убеждений и готовые приспосабливаться ради собственного удобства, часто кажутся обаятельными и безобидными, но в трудную минуту именно они могут предать. В качестве примера из читательского опыта приведу повесть Василя Быкова «Сотников». Один из её героев, Рыбак, сильный, смелый и находчивый партизан, в плену пытается выжить, не делая окончательного выбора. Он хитрит, надеется обмануть врага, стать «никаким», чтобы сохранить себе жизнь. Однако именно эта беспринципность приводит его к предательству: он соглашается служить полицаям, а затем участвует в казни Сотникова. Быков показывает, что человек, не имеющий чёткой нравственной позиции, рано или поздно становится орудием в чужих руках и губит себя. Этот пример подтверждает мысль Трифонова: «никакие» могут казаться везунчиками, но их везение оборачивается трагедией для других и духовной гибелью для них самих.
Подводя итог, хочу сказать, что прочитанный текст заставил меня ещё раз задуматься о том, как важно иметь собственные убеждения и не поддаваться соблазну быть «удобным» для всех. Беспринципность может казаться путём к успеху, но настоящая ценность человека проявляется в верности своим принципам и в готовности отвечать за свои поступки. Автор убедительно доказывает, насколько опасно доверять тем, кто не имеет твёрдого внутреннего стержня.
(14)Этот Вадька Батон долгое время занимал меня как личность немного загадочная. (15)Почему-то многие хотели с ним дружить. (16)Он был какой-то для всех подходящий. (17)И с теми, и с этими, и не злой, и не добрый, и не очень жадный, и не очень уж щедрый, и не трусливый, и не смельчак, и вроде бы не хитрец, и в то же время не простофиля. (18)Мог дружить с Лёвкой и Манюней, хотя Лёвка и Манюня друг друга терпеть не могли. (19)Был хорош с Антоном, ходил в гости к Химиусу и Лёвке и ладил с дерюгинскими, которые нас ненавидели.
(20)Вот и думали: рассказать ли ему нашу тайну. (21)Шулепа был горячий его защитник. (22)Он говорил, что Батон никогда не предаст. (23)Антон тоже склонялся к тому, чтобы Батона принять в ТОИВ, потому что от него могла быть польза. (24)Мне очень не хотелось, чтобы Вадька Батон был принят в тайное общество, но сказать об этом вслух и объяснить причины я не мог. (25)Потому что была замешана женщина. (26)Соня Ганчук была влюблена в этого невзрачного, неопределённого, не такого и не сякого Батона. (27)Что она в нём находила? (28)Уши торчком, пол-лица в веснушках, редкие зубы, походка какая-то нескладная, волосы тёмные, зачёсанные немного набок и такие гладкие, будто он только что вылез из речки и причесался. (29)Я ничего не мог понять. (30)Но было очевидно для всех: она краснела, разговаривая с ним, норовила остаться в классе, когда он дежурил, задавала ему глупые вопросы и смеялась, когда он пытался острить. (31)Кстати, он не умел острить. (32)В его шутках было больше насмешки, чем остроумия.
(33)Он был совершенно никакой, Вадик Батон. (34)Люди, умеющие быть никакими, продвигаются далеко. (35)Те, кто имеет с ними дело, довоображают и дорисовывают на никаком фоне всё, что им подсказывают их желания и их страхи. (36)Никакие всегда везунчики. (37)И много лет назад, когда пятеро мальчишек решали жгучую проблему – посвящать или не посвящать Глебова в свою тайну, – ему, конечно же, повезло. (38)Решили посвятить и принять. (39)Антон сказал, что война с дерюгинскими будет долгая, на изнурение, и нужен свой человек в их стане.
(40)Однажды после уроков повели Вадьку Батона на задворки и всё рассказали. (41)А он уже что-то подозревал. (42)И было видно, как он обрадовался, когда ему предложили вступить в ТОИВ. (43)Но ответил он... (44)О, это был замечательный ответ! (45)Он сказал, что рад вступить в ТОИВ, но хочет быть вправе когда угодно из него выйти. (46)То есть хотел быть членом нашего общества и одновременно не быть им. (47)Вдруг обнаружилась необыкновенная выгода такой позиции: он владел нашей тайной, не будучи полностью с нами. (48)Когда мы сообразили это, было уже поздно. (49)Мы оказались у него в руках. (50)Помню, задумали новый поход в Дерюгинский переулок и назначили день, но Батон, не объясняя причин, держась таинственно, сказал, что день не годится, надо перенести на неделю. (51)Потом – ещё на неделю, ещё на три дня. (52)И мы соглашались. (53)Потому что он был наш. (54)Но не до конца и всякую минуту мог выйти из игры. (55)«Если хотите, давайте хоть сегодня, но тогда без меня...». (56)Мы стали бояться, что он предупредит Миньку Быка и вся затея с внезапным захватом переулка рухнет. (57)Чего мы хотели? (58)Просто пройти вверх и вниз Дерюгинским переулком, где увечили и обирали ребят нашего дома. (59)И если нападут, дать отпор.
(60)Наконец Батон казал: такой-то день. (61)Мы пошли часов в пять вечера. (62)Когда подошли к Дерюгинскому подворью, увидели на втором этаже в окне бледное лицо Батона. (63)Мы прошли весь переулок, на нас никто не напал. (64)Мы постояли у одной подворотни, у другой; пираты не появлялись – ни Минька Бык, ни Таранька, никто. (65)Все были разочарованы. (66)Испытания воли не получилось. (67)Ходили туда ещё раза два, но так же безрезультатно. (68)Что случилось? (69)Это так и осталось неизвестным. (70)В памяти нет ничего, кроме ощущения досады и странного чувства: будто всё это – для нашего неудовольствия и собственного покоя – подстроил Вадька Батон...
(По Ю. В. Трифонову*)
*Юрий Валентинович Трифонов (1925-1981) — русский советский писатель.