Что, кроме таланта, необходимо писателю, чтобы создать произведение высокого художественного уровня? Эта тема раскрывается в предложенном для анализа тексте К.Г. Паустовского.
Отвечая на заданный вопрос, автор повествует о писателе, принесшем в редакцию свой рассказ. Он был «раздерганный, спутанный, хотя и интересный по теме, и, безусловно, талантливый» (предложение 4). Однако небрежность рассказа смущала редакторов. Этим автор показывает, что писателю следует грамотно оформлять текст.
Далее писатель рассказывает о том, как корректор Благов взялся за исправление рассказа, потому что не мог позволить пропасть хорошему произведению. Он не изменил ни одного слова в тексте, а просто расставил знаки препинания, добавляя позже: «Они держат текст и не дают ему рассыпаться». Так, читатель понимает, что умение работать с пунктуацией - одно из важных качеств писателя, которое делает произведение более ясным.
Примеры дополняют друг друга. Первый пример показывает, что даже талантливая работа требует доработки, а во втором случае мы узнаем, как важно соблюдать грамматические нормы.
Авторская позиция ясна: для создания произведения высокого художественного уровня писателю необходимо не только уметь интересно писать, но и знать, как оформлять текст и когда стоит поставить точку.
Я согласна с позицией автора и считаю, что в зависимости от того, как расставлены знаки препинания, читатель по- разному воспринимает текст. Хочу привести пример из жизненного опыта. Во время написания сочинения на конкурс, я долго думала над тем, как передать эмоции героев читателю. Мой учитель показал пример, и на основе этого я начала корректировать работу. Каждая точка, запятая, поставленная мной, вызывала у людей мурашки. Это помогло мне не только победить, но и получить признание читателей. Так, умение работать с текстом помогает оказать эмоциональное влияние на других.
Таким образом, помимо таланта, у писателя должна быть грамотность. Он должен уметь сочетать эти два важных фактора для создания произведения искусства.
(4)Однажды Соболь принёс в газету свой рассказ, раздёрганный, спутанный, хотя и интересный по теме и, безусловно, талантливый.
(5)Все прочли этот рассказ и смутились: печатать его в таком небрежном виде было нельзя. (6)Предложить Соболю исправить его никто не решался.
(7)В этом отношении Соболь был неумолим — и не столько из-за авторского самолюбия (его-то как раз у Соболя почти не было), сколько из-за нервозности: он не мог возвращаться к написанным своим вещам и терял к ним интерес.
(8)Мы сидели и думали: что делать? (9)Сидел с нами и наш корректор, старик Благов, бывший директор самой распространённой в России газеты «Русское слово», правая рука знаменитого издателя Сытина.
(10)Это был неразговорчивый человек. (11)Всей своей солидной фигурой он совершенно не вязался с оборванной и шумной молодёжью нашей редакции.
(12)Я забрал рукопись Соболя с собой в магазин Альшванга, чтобы прочесть её ещё раз.
(13)Поздним вечером (было не больше десяти часов, но город, погружённый в темноту, пустел уже в сумерки, и только ветер злорадно выл на перекрёстках) кто-то постучал в дверь магазина.
(14)За дверью стоял Благов.
— (15)Вот что, — сказал старый корректор. — (16)Я всё думаю об этом рассказе Соболя. (17)Талантливая вещь. (18)Нельзя, чтобы она пропала.
(19)У меня, знаете, как у старого газетного коня, привычка не выпускать из рук хорошие рассказы.
— (20)Что же поделаешь! — ответил я.
— (21)Дайте мне рукопись. (22)Клянусь честью, я не изменю в ней ни слова. (23)Я останусь здесь и при вас пройдусь по рукописи.
— (24)Что значит «пройтись»? — спросил я. — (25)«Пройтись» — это значит выправить.
— (26)Я же вам сказал, что не выброшу и не впишу ни одного слова.
— (27)А что же вы сделаете?
— (28)А вот увидите.
(29)В словах Благова я почувствовал нечто загадочное. (30)Какая-то тайна вошла в эту зимнюю штормовую ночь в магазин Альшванга вместе с этим спокойным человеком. (31)Надо было узнать эту тайну, и поэтому я согласился.
(32)Благов вынул из кармана огарок необыкновенно толстой свечи.
(33)Золотые полоски вились по ней спиралью. (34)Он зажёг этот огарок, поставил его на ящик, сел на мой потрёпанный чемодан и склонился над рукописью с плоским плотницким карандашом в руке.
(35)Благов кончил работу над рукописью только к утру. (36)Мне он рукописи не показал, пока мы не пришли в редакцию и машинистка не переписала её начисто.
(37)Я прочёл рассказ и онемел. (38)Это была прозрачная, литая проза.
(39)Всё стало выпуклым, ясным. (40)От прежней скомканности и словесного разброда не осталось и тени. (41)При этом действительно не было выброшено или прибавлено ни одного слова.
(42)Я посмотрел на Благова. (43)Он курил толстую папиросу из чёрного, как чай, кубанского табака и усмехался.
— (44)Это чудо! — сказал я. — (45)Как вы это сделали?
— (46)Да просто расставил правильно все знаки препинания.
(47)У Соболя с ними форменный кавардак. (48)Особенно тщательно я расставил точки. (49)И абзацы. (50)Это великая вещь, милый мой. (51)Ещё Пушкин говорил о знаках препинания. (52)Они существуют, чтобы выделить мысль, привести слова в правильное соотношение и дать фразе лёгкость и правильное звучание. (53)Знаки препинания — это как нотные знаки. (54)Они твёрдо держат текст и не дают ему рассыпаться.
(55)Рассказ был напечатан. (56)А на следующий день в редакцию ворвался Соболь. (57)Он был, как всегда, без кепки, волосы его были растрёпаны, а глаза горели непонятным огнём.
— (58)Кто трогал мой рассказ? — закричал он неслыханным голосом и с размаху ударил палкой по столу, где лежали комплекты газет. (59)Пыль, как извержение, взлетела над столом.
— (60)Никто не трогал, — ответил я. — (61)Можете проверить текст.
— (62)Ложь! — крикнул Соболь. — (63)Брехня! (64)Я всё равно узнаю, кто трогал!
(65)Запахло скандалом. (66)Робкие сотрудники начали быстро исчезать из комнаты.
(67)Тогда Благов сказал спокойным и даже унылым голосом:
— Если вы считаете, что правильно расставить в вашем рассказе знаки препинания — это значит тронуть его, то извольте: трогал его я. (68)По своей обязанности корректора.
(69)Соболь бросился к Благову, схватил его за руки, крепко потряс их, потом обнял старика и троекратно, по-московски, поцеловал его.
— (70)Спасибо! — сказал взволнованно Соболь. — (71)Вы дали мне чудесный урок. (72)Но только жалко, что так поздно. (73)Я чувствую себя преступником по отношению к своим прежним вещам.
(74)После этого я окончательно убедился, с какой поразительной силой действует на читателя точка, поставленная вовремя.
(По К.Г. Паустовскому*)
* Константин Георгиевич Паустовский (1892—1968) — русский советский писатель, классик отечественной литературы.
Лишняя запятая: обстоятельство времени в начале предложения не обособляется.
Лишняя запятая после обстоятельства времени в начале предложения.
Речь о пунктуации, а не о грамматике. Корректно: «пунктуационные нормы».
Далее писатель рассказывает
«Писателем» назван Соболь; автора текста лучше называть «автор»/«Паустовский».
Пунктуация названа «грамматическими нормами»; нечёткий референт «писатель» (о Паустовском после Соболя).