Осколок снаряда порвал струны на скрипке. Осталась только одна, последняя. Запасных струн у музыканта Егорова не было, достать их было негде, потому что дело происходило осенью 1941 года на осаждённом острове Эзеле в Балтийском море, где советские моряки отбивали непрерывные атаки немцев. Оборона этого полуострова войдёт в историю войны как одна из её величавых страниц. Война застала на Эзеле нескольких советских актёров – мужчин и женщин. Днём мужчины вместе с бойцами рыли окопы и отбивали немецкие атаки, а женщины перевязывали раненых и стирали бойцам бельё. А ночью, если не было боя, актёры устраивали концерты и спектакли на маленьких полянах в лесу.
Такова суровая реальность, описанная Константином Георгиевичем Паустовским. Писатель ставит перед читателем глубокую проблему: в чём заключается сила искусства, способная проявляться даже в самых нечеловеческих условиях войны, на грани жизни и смерти? Позиция автора по этой проблеме выражена ясно и пронзительно. Паустовский считает, что настоящее искусство, воплощённое в музыке, обладает колоссальной духовной силой, которая способна не только утешать человека, но и давать ему нравственную опору, помогать выстоять перед лицом врага и даже заставить «сердца слушателей дрожать от гордости за человека». Истинное искусство бессмертно, оно продолжает жить, преодолевая время и смерть музыканта.
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. Автор рассказывает о том, как, несмотря на порванные струны, музыкант Егоров решается играть на ночном концерте. К. Г. Паустовский пишет: «И неожиданно одна струна запела с такой же силой и нежностью, как могли бы петь все струны». Поясняя этот пример, следует отметить, что он свидетельствует о невероятной мощи человеческого духа и таланта. Одна струна и одна скрипка в руках истинного музыканта способны заменить целый оркестр, наполнив душу слушателей красотой и болью. Это не просто игра — это акт мужества, который доказывает, что красота и гармония сильнее разрушения и смерти. Мелодия Чайковского «звенела и росла» в глухом лесу, пахнущем гарью, и от её томительного напева, казалось, разорвётся, не выдержит сердце. Это показывает, насколько мощным эмоциональным зарядом обладала игра Егорова.
Далее автор акцентирует внимание на судьбе самой скрипки после гибели музыканта. Паустовский не заканчивает рассказ смертью Егорова. Он пишет: «Где теперь эта скрипка, я не знаю. Говорят, что она в Москве. Но где бы она ни была, она играет прекрасные симфонии, знакомые нам и любимые нами, как старое небо Европы, как слово Пушкина, Шекспира или Гейне». Пояснение к этому примеру-иллюстрации заключается в том, что инструмент, пройдя через горнило войны, становится символом вечности искусства. Скрипка, лишившаяся своего хозяина, не исчезла, а обрела новую жизнь в руках лучшего скрипача симфонического оркестра. Её звуки, родившиеся когда-то на осаждённом острове, продолжают «потрясать мир», доказывая, что подлинная красота не умирает, а передаётся из поколения в поколение.
Смысловая связь между приведёнными примерами — это связь, основанная на причине и следствии. Первый пример показывает причину: самоотверженный, почти невозможный акт творчества музыканта, играющего на одной струне, даёт людям веру и силу. Второй пример является следствием: эта вера и сила оказываются настолько велики, что само искусство (скрипка) переживает своего создателя и продолжает свой путь, вливаясь в мировую культуру. Именно благодаря этой причинно-следственной связи формируется целостное представление о том, что искусство бессмертно, а его воздействие на человека вечно.
Я полностью согласен с позицией автора. Действительно, истинное искусство обладает удивительной способностью воодушевлять людей в самые трудные минуты. Оно не зависит от материальных условий и даже от времени. Например, в блокадном Ленинграде, несмотря на голод, холод и постоянные бомбёжки, 9 августа 1942 года была исполнена Седьмая симфония Дмитрия Шостаковича. Этот концерт транслировался по радио, и его слушали не только жители города, но и советские солдаты на передовой. Музыка вселяла в них уверенность в победе, давала силы бороться и доказывала врагу, что дух народа не сломлен. Этот исторический факт, как и случай со скрипачом Егоровым, подтверждает, что музыка — это мощнейшее оружие, которое побеждает страх и отчаяние.
Итак, Константин Паустовский на примере обыкновенного музыканта Егорова убеждает нас в том, что сила искусства, его бессмертие и способность возвышать человека над ужасами реальности — это одна из величайших граней человеческой души. Скрипка, звучащая на войне, — это символ надежды и вера в то, что «люди идут в бой, унося в душе звуки скрипичных песен, где так просто умирают за будущее скромные музыканты».
(4)Оборона этого полуострова войдёт в историю войны как одна из её величавых страниц.
(5)Война застала на Эзеле нескольких советских актёров – мужчин и женщин. (6)Эзель прославлен бесстрашием советских людей. (7)Днём мужчины вместе с бойцами рыли окопы и отбивали немецкие атаки, а женщины перевязывали раненых и стирали бойцам бельё. (8)А ночью, если не было боя, актёры устраивали концерты и спектакли на маленьких полянах в лесу.
(9)Струны на скрипке были порваны, и Егоров больше не мог играть. (10)На первом же ночном концерте он сказал об этом невидимым зрителям.
(11)- А Паганини играл и на одной струне...
(12)- Паганини! (13)Разве Егоров мог равняться с ним, великим музыкантом!
(14)Егоров медленно прижал скрипку к плечу. (15)Большая звезда спокойно горела на краю залива. (16)Свет её не поднял смычок. (17)И неожиданно одна струна запела с такой же силой и нежностью, как могли бы петь все струны.
(18)Играть было легко, будто сухие, лёгкие пальцы Паганини водили смычком по изуродованной скрипке. (19)Слеза сползла из-под закрытых век музыканта, и в коротком антракте войны, в глухом лесу, где пахло вереском и гарью, звенела и росла мелодия Чайковского, и от её томительного напева, казалось, разорвётся, не выдержит сердце.
(20)Последняя струна действительно не выдержала силы звуков и порвалась. (21)Она зажужжала, как шмель, и затихла.
(22)Сразу же свет фонариков перелетел с лица Егорова на скрипку. (23)Скрипка замолчала надолго. (24)И свет фонариков погас. (25)Толпа слушателей только вздохнула. (26)Аплодировать в лесу было нельзя - могли услышать.
(27)Я рассказываю подлинный случай. (28)Поэтому напрасно читатель будет ждать ловко придуманной развязки.
(29)Она оказалась очень простой - Егоров умер. (30)Он был убит через два дня во время ночного боя. (31)Ему не на чем было играть, и он стал обыкновенным бойцом обыкновенной пехотной части.
(32)Его похоронили в грубой песчаной земле, когда накрапывал дождь, море затянулось туманом. (33)Скрипку Егорова бойцы положили в футляр, зашили в старое байковое одеяло и передали лётчику, улетавшему в Ленинград. (34)В Ленинграде лётчик отнёс скрипку главному дирижёру консерватории. (35)Тот взял её двумя пальцами, взвесил в воздухе и улыбнулся: это была итальянская скрипка, потерявшая вес от старости и многолетнего пения.
(36)- Я передам её лучшему скрипачу нашего симфонического оркестра, – сказал лётчику дирижёр консерватории.
(37)Где теперь эта скрипка, я не знаю. (38)Говорят, что она в Москве. (39)Но где бы она ни была, она играет прекрасные симфонии, знакомые нам и любимые нами, как старое небо Европы, как слово Пушкина, Шекспира или Гейне. (40)Она играет мелодии Чайковского, Шостаковича и Шапорина.
(41)Звуки симфонии так могучи, что рождают ветер. (42)Вы, должно быть, заметили, как он порывами налетает на вас со спины, шевелит волосы, заставляет сердца слушателей дрожать от гордости за человека.
(43)Люди идут в бой, унося о душе звуки скрипичных песен, где так просто умирают за будущее скромные музыканты и где созданы могучие симфонии, потрясающие мир.
(По К. Г. Паустовскому)