Как рождаются слова? Почему данный предмет назван так, а не иначе? Эти вопросы, поднятые Р. Будаговым, волновали человечество с древности. Автор размышляет о природе названий и приходит к выводу, что чаще всего в названиях отражаются какие-то наиболее яркие, бросающиеся в глаза признаки того или иного предмета, явления, то есть названия мотивированы. Позиция автора заключается в том, что имена вещам даются не случайно, а на основе наблюдаемых особенностей.
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. Р. Будагов рассказывает о старинном предании: некий мастеровой случайно присутствовал на учёном диспуте астрономов о природе Млечного Пути. Он очень заинтересовался тайной мироздания, а когда диспут окончился, подошёл к одному маститому учёному и сказал: «Не откажите мне в любезности ответить на вопрос. Я понимаю, как люди научились определять расстояние между звёздами, как они вычислили их вес, уяснили их физические свойства и познали многое другое, но скажите, пожалуйста, как люди узнали названия звёзд и планет?» Этот пример свидетельствует о том, что для обычного человека вопрос о происхождении названий кажется странным и необъяснимым, хотя на самом деле, как доказывает автор, у каждого имени есть своя логика.
Далее Будагов переходит к объяснению этого механизма и приводит конкретные слова, доказывающие его теорию. Он пишет: «В таких словах, как "подснежник", "горихвостка", "подсвечник", "напёрсток" и подобных, связь между названием и называемым предметом, явлением мотивирована». Особенно подробно автор останавливается на слове «подснежник»: «Подснежник, по-видимому, поразил когда-то человека своим ранним появлением весной, когда на полях ещё лежит снег. Вот эту особенность данного цветка человек и использовал для наименования самого цветка…» Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что название закрепляет в языке самый заметный признак предмета, который сразу бросается в глаза наблюдателю.
Смысловая связь между этими примерами – дополнение. В первом случае автор показывает удивление и недопонимание людей, сталкивающихся с загадкой имени, а во втором – раскрывает саму суть называния, опираясь на мотивированность слов. Вместе эти два фрагмента формируют целостное представление о том, как рождаются слова: от вопроса «почему?» к ответу «потому что в имени запечатлён признак».
Я согласен с точкой зрения автора. Действительно, в русском языке множество слов образовано по такому принципу. Например, слово «шиповник» произошло от слова «шип», так как стебли этого кустарника покрыты острыми шипами. Другой пример – «подберёзовик»: гриб, который чаще всего растёт под берёзами. Эти названия не случайны, они отражают реальные свойства растений. Таким образом, наблюдения подтверждают мысль Будагова о том, что в основе наименования лежит яркий, узнаваемый признак.
Итак, текст Р. Будагова убедительно доказывает, что названия не берутся из ниоткуда, а рождаются из практического опыта и внимательного всматривания человека в окружающий мир. Проблема происхождения слов получает ясное и логичное объяснение: люди дают имена вещам, выделяя их наиболее заметные черты, и этот языкотворческий процесс продолжается и сегодня.
(По Р. Будагову)