Как проявляется неразрывная связь русского человека с семьей, с родной природой, с родиной? Именно эту проблему поднимает Дмитрий Сергеевич Лихачёв в предложенном тексте. Автор, известный литературовед и публицист, размышляет о том, что эта связь глубоко укоренена в языке, в повседневном общении, в самом мироощущении русского человека. Позиция автора заключается в следующем: неразрывная связь с семьёй, природой и родиной проявляется в особой ласковости русского языка, в стремлении через родственные обращения (сынок, доченька, родненький) выразить заботу и близость даже к незнакомому человеку, а также в самом лексическом строе, где слова с корнем «род» связывают человека с народом, природой, родиной.
Чтобы обосновать эту позицию, обратимся к примерам из текста. Лихачёв рассказывает о разговоре с молодой переводчицей Франсуазой. Та не понимает, почему пожилая женщина на улице назвала её «доченькой». Писатель объясняет: «Она называла вас так потому, что у вас есть мать или была мать. И именно этим она вас приласкала». Этот пример свидетельствует о том, что для русского человека ласка и проявление внимания к другому человеку неразрывно связаны с представлением о его семье, о его родных. Мысль о том, что у каждого есть родители, дети, близкие, вызывает сочувствие и желание выразить теплоту. Автор подчёркивает: когда в толпе обсуждали погибшего под грузовиком человека, «больше всего говорили не о нём, а о том, что, может быть, у него дома остались дети, жена, старики…». Это очень русская черта — жалеть не столько самого человека, сколько его родных, видеть в каждом представителя рода.
Кроме того, Лихачёв акцентирует внимание на словах с корнем «род». Он пишет: «И потом мы стали вспоминать, сколько в русском языке слов с корнем «род»: родной, родник, родинка, народ, природа, родина… И «порода» — лучшее, что даёт природа в совокупных усилиях с человеком». Автор неслучайно показывает, что эти слова «как бы сами слагаются вместе — родники родимой природы, прирождённость родникам родной природы». Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что в самом русском языке заложена неразрывная цепочка: от семьи (родной) через природу (родник, родинка) к общности людей (народ) и к Родине. Земля, по словам автора, — это «главное в природе. Земля рождающая. Земля урожая». Тем самым Лихачёв подводит нас к мысли, что связь с родиной для русского человека — это связь с землёй-кормилицей, с самой природой, а слово «родина» находит свой исток в слове «род».
Смысловая связь между приведёнными примерами — дополнение. Первый пример иллюстрирует проявление связи с семьёй через конкретную жизненную ситуацию и речевое поведение (обращение «доченька»). Второй пример расширяет эту идею на уровень всего языка, показывая, что понятие рода объединяет в себе и близких людей, и природу, и само Отечество. Именно благодаря этому формируется целостное представление о том, как глубоко и органично русский человек ощущает свою принадлежность к роду, к родной природе, к родине.
Я согласен с точкой зрения автора. Действительно, русский язык и культура пронизаны идеей родства как основой человеческих отношений. Это проявляется не только в обращениях, но и в классической литературе. Например, в романе Льва Толстого «Война и мир» Наташа Ростова, ухаживая за ранеными, называет их «голубчиками» и «родными», и в этом обращении звучит не просто жалость, а глубокая материнская забота, восприятие чужого страдания как части своего собственного рода. Именно через такое отношение человек обретает единство с народом и с родной землёй.
Итак, неразрывная связь русского человека с семьёй, с родной природой и родиной проявляется в языке как отражение национального характера: в ласковых обращениях, подчёркивающих родство, и в самой лексике, где корень «род» объединяет все важнейшие понятия бытия. Эта связь делает русского человека частью большого целого — своего народа, своей истории, своей земли.
Я опять, горе-бедна, кинулась,
За друга сына да за отцовского…
(7)Франсуаза спрашивает: «Что же это значит: она вышла за брата своего мужа? (8)За другого сына отца своего прежнего мужа?» (9)Я говорю: «Да нет, это просто такое выражение, Федосова хочет сказать, что у её второго мужа тоже был отец». (10)Франсуаза ещё больше удивляется: «Но разве не у каждого человека есть или был отец?» (11)Я ей отвечаю: «Да, это так, но когда хочешь вспомнить о человеке с ласкою, то мысль невольно кружится вокруг того, что у него были родные — может быть, дети, может быть, братья и сёстры, жена, родители. (12)Зимой я увидел, как погиб под грузовиком человек. (13)В толпе больше всего говорили не о нём, а о том, что, может быть, у него дома остались дети, жена, старики… (14)Жалели их. (15)Это очень русская черта. (16)И приветливость у нас часто выражается в таких словах: родненький, родименький, сынок, бабушка…» (17)Франсуаза вспыхивает: «А, вот что это значит! (18)Я на улице спросила одну пожилую женщину, как найти нужную мне улицу, а она сказала мне “доченька”». — (19)«Вот именно, Франсуаза, она хотела обратиться к вам ласково». — (20)«Значит, она хотела сказать, что я могла бы быть её дочерью? (21)Но разве она не заметила, что я иностранка?» (22)Я рассмеялся: «Конечно же, она заметила. (23)Но она именно потому и назвала вас доченькой, что вы иностранка, чужая в этом городе — вы же её спросили, как пройти куда-то». — (24)«Ах!» — Франсуаза заинтересована. (25)Я продолжаю: «Если вы иностранка, вы, значит, одна в Ленинграде. (26)Пожилая женщина, называя вас доченькой, не хотела непременно сказать, что вы её дочь. (27)Она называла вас так потому, что у вас есть мать или была мать. (28)И именно этим она вас приласкала». — (29)«Как это по-русски!»
(30)И дальше разговор пошёл о том, где и когда в русской поэзии или в русской литературе ласковость к человеку выражается в том, что у него есть родные. (31)Вот, например, «Повесть о Горе-Злочастии». (32)В ней выражается необыкновенная ласка к беспутному её герою — мо?лодцу, и начинается она с того, что у молодца этого были родители, которые берегли его и холили да жить «научали». (33)А когда молодцу в «Повести о Горе-Злочастии» становится особенно худо, то поёт он «хорошую напевочку», которая начинается так:
Безпечална мати меня поро?дила, гребешком кудерцы розче?сывала, драгими порты меня оде?яла и отшед под ручку посмо?трила, хорошо ли мое чадо в драгих портах? — а в драгих портах чаду и цены нет!
(34)Значит, и красивым-то молодец вспоминает о себе с матерью — как мать на него «отшед под ручку посмотрила».
(35)Франсуаза вспомнила, что в её родном Безансоне поставлены «Три сестры» Чехова и французы очень любят эту пьесу. (36)Ведь и тут речь идёт именно о трёх сёстрах, а не о трёх подругах, трёх разных женщинах. (37)То, что героини — сёстры, это ведь особенно и нужно русскому зрителю, чтобы им сочувствовать, возбудить к ним симпатии. (38)Чехов замечательно угадал эту черту русского читателя, русского зрителя.
(39)И потом мы стали вспоминать, сколько в русском языке слов с корнем «род»: родной, родник, родинка, народ, природа, родина… (40)И «порода» — лучшее, что даёт природа в совокупных усилиях с человеком. (41)Даже камни принадлежат к какой-нибудь породе.
(42)Слова эти как бы сами слагаются вместе — родники родимой природы, прирождённость родникам родной природы. (43)Исповедь земле. (44)Земля — это главное в природе. (45)Земля рождающая. (46)Земля урожая.
(По Д.С. Лихачёву*)
* Дмитрий Сергеевич Лихачёв (1906—1999) — советский и российский литературовед, доктор филологических наук, академик, публицист, автор научных трудов по лингвистике, филологии, истории искусства и культуры.