Человек и музыка, пение и чувства — эта связь кажется очевидной, но какова её глубинная природа? Размышляя над проблемой взаимосвязи пения и человеческих чувств, к этой теме обращается и Константин Эдуардович Циолковский в предложенном для анализа тексте. Автор стремится понять, каким образом музыкальные звуки связаны с нашими эмоциями и что лежит в основе этой удивительной способности — петь и воспринимать пение.
Позиция Циолковского по данному вопросу ясна и многогранна. Он утверждает, что связь между пением и чувствами является двусторонней, взаимной и глубоко физиологичной, подобно природным законам. По мнению автора, каждое чувство рождает свою музыкальную фразу, но и музыкальная фраза способна возбуждать строго определённое чувство. Его мысль можно выразить так: пение — это не просто набор звуков, а древний, почти забытый язык эмоций, на котором мы говорим с миром и который мир говорит с нами.
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. Во-первых, Циолковский подробно описывает механизм рождения песни от чувства. Он пишет: «Кто склонен к пению, тот заметил, что разные чувства возбуждают разные музыкальные фразы». И далее развивает эту мысль, указывая на неразрывную связь: «Отчаяние, радость, любовь множества видов, безнадёжность, торжество в любви и в победе, удачи, неудачи, природа, её красоты и т. д. — всё это служит причиной пения с конкретной физиономией или характером». Этот пример свидетельствует о том, что внутреннее переживание человека неизбежно ищет внешнего выражения в звуке, и каждое чувство обретает свою уникальную мелодию, свой «характер». Автор подчеркивает многообразие эмоций и соответствующее ему богатство музыкальных форм.
Далее, Циолковский показывает и обратное действие. Он проводит смелую аналогию с физическими законами, заявляя: «Точно так же пение возбуждает определённое чувство — и наоборот». И приводит более чем наглядное доказательство: «Вот почему эти сочетания звуков могут заставить людей плакать, стонать, смеяться, блаженствовать, гордиться, храбриться, впадать в отчаяние, любить и т. д.». Приведенный пример-иллюстрация говорит о том, что музыка — это мощнейший инструмент, способный напрямую воздействовать на эмоциональную сферу человека, пробуждая в нём целую гамму переживаний, словно музыкант или певец «играет на человеческих чувствах, как хочет».
Смысловая связь между приведёнными примерами — это взаимодополнение. Первый пример раскрывает процесс творения музыки изнутри, от чувства к звуку. Второй пример показывает внешнее воздействие, от звука к чувству. В первом случае чувство выступает причиной, а пение — следствием. Во втором случае пение становится причиной, а чувство — следствием. Именно благодаря этому диалектическому единству, этой взаимной обусловленности формируется целостное представление о музыке как о живом, циркулирующем языке души, где нет одностороннего движения, а есть постоянный диалог.
Я согласен с точкой зрения автора. Действительно, связь музыки и чувств не просто существует — она является основой нашего эстетического восприятия и самовыражения. Например, в музыке кино режиссёры и композиторы часто используют принцип лейтмотива: когда определённая мелодия прочно связывается в сознании зрителя с конкретным персонажем или эмоцией (любовью, опасностью, радостью). Услышав её через полфильма, человек уже подсознательно испытывает предвкушение определённого чувства. Это прямое подтверждение той взаимосвязи, о которой писал Циолковский: композитор создал музыку под влиянием замысла (чувства), а зритель, слыша её, переживает это чувство заново.
Итак, мысль Константина Эдуардовича о том, что пение и чувства связаны неразрывной и взаимообратной связью, подобно причине и следствию в физике, представляется глубоко верной. Музыка — это не просто развлечение, а один из самых древних и точных языков человеческой души, позволяющий нам выражать свои эмоции и понимать эмоции других, подчиняясь единому закону сотворчества чувства и звука.
(2) Последнее есть только копировка, расширение и дополнение пения, и потому вопрос сводится к происхождению одного пения.
(3) Человек наследовал свои качества от предков, то есть от животных. (4) Пение — от певчих птиц, членораздельную речь — от попугаев и ворон, руки — от обезьян, ум — от слона и собаки, строительное искусство — от строителей гнёзд и нор, танцы — от глухарей и других птиц, коварство и жестокость — от хищных зверей, общественную любовь — от стадных животных, семейную — от целомудренных и заботливых птиц, любовь к украшениям, венцам, золоту и вообще красивому — от сорок и подобных птиц, делающих шалаши и украшающих их при брачных торжествах. (5) Экономность, предусмотрительность — от зимующих и запасливых животных и т. д.
(6) Кто склонен к пению, тот заметил, что разные чувства возбуждают разные музыкальные фразы. (7) Сколько чувств, столько и этих фраз. (8) Каждому чувству соответствует определённое сочетание звуков различной высоты. (9) Отчаяние, радость, любовь множества видов, безнадёжность, торжество в любви и в победе, удачи, неудачи, природа, её красоты и т. д. — всё это служит причиной пения с конкретной физиономией или характером.
(10) Сколько же актов сотворения звуков? (11) Положим, их 100. (12) Каждое из них рождается от одного и того же чувства.
(13) Наоборот, музыкальная фраза возбуждает одно определённое чувство. (14) Иногда неприятное, но большею частью приятное.
(15) Нагревание или охлаждение спая двух тел сопровождается электрическим током, и, напротив, ток возбуждает нагревание или охлаждение спая. (16) В науке мы на каждом шагу видим, что причина возбуждает следствие и в обратно: следствие возбуждает причину. (17) Например, электрический ток рождает работу, но и работа рождает ток. (18) Точно так же пение возбуждает определённое чувство — и наоборот. (19) Вот почему эти сочетания звуков могут заставить людей плакать, стонать, смеяться, блаженствовать, гордиться, храбриться, впадать в отчаяние, любить и т. д.
(20) Музыкант или певец играет на человеческих чувствах, как хочет. (21) Чтение литературных произведений или рассказы людей также могут возбуждать известные чувства и склонность к произведению музыкальных фраз.
(22) Это забытый язык. (23) Ему научаются, слушая музыку или пение. (24) Но он может возникнуть и самостоятельно, хотя не всегда и с некоторой трудностью и ограниченностью. (25) Человек, никогда не слышавший музыки и пения, всё-таки может запеть под влиянием ощущений. (26) Так, не обучающийся наукам и искусствам всё-таки может проявить их в некоторой степени.
(27) Сократ говорил, что знание есть воспоминание ранее известного. (28) Отчасти это так. (29) Под влиянием различного чтения, речей или других внешних воздействий переменяется ощущение, мысли человека. (30) Изменяются и музыкальные фразы. (31) Человек поёт или играет соответственно действию внешнего или внутреннего мира. (32) Тогда получается сложная музыка, вызываемая сумбуром чувств. (33) И наоборот, музыка служит причиной различных ощущений. (34) Впрочем, способность воспринимать и воспроизводить музыку крайне разнообразна, от нуля до степени болезненности. (35) Иные к музыке относятся как к шуму, но большинство как будто её действию подвергаются. (36) Однако и при одних чувствах музыкальные фразы у разных людей различны и число их или богатство разнообразно. (37) Иной народ имеет немного музыкальных фраз, другой много. (38) Так же влияет и возраст. (39) Дети поначалу не понимают музыки. (40) Обыкновенно сначала выучиваются говорить, а потом уже возникает чувствительность к музыке.
(По К. Э. Циолковскому)
(Автор не указан)