Места, по которым они проезжали, не могли назваться живописными. Поля, все поля, тянулись вплоть до самого небосклона, то слегка вздымаясь, то опускаясь снова; кое-где виднелись небольшие леса, и, усеянные редким и низким кустарником, вились овраги, напоминая глазу их собственное изображение на старинных планах екатерининского времени. Так начинается текст Ивана Сергеевича Тургенева, в котором поднимается проблема восприятия человеком родной земли, её красоты и запустения. Автор показывает столкновение двух взглядов: взгляда, замечающего лишь убожество и бедность, и взгляда, способного увидеть вечное обновление жизни. Позиция Тургенева заключается в том, что за внешним неблагополучием и социальной неустроенностью кроется могучая, неистребимая сила природы, которая способна пробудить в человеке надежду, радость и ощущение полноты бытия.
Чтобы обосновать точку зрения автора, обратимся к примерам из прочитанного текста. Изначально Тургенев рисует картину, полную безысходности. Он подробно описывает "низкие избёнки под тёмными, часто до половины размётанными крышами", церкви "с отвалившеюся кое-где штукатуркой" и "наклонившимися крестами", а также "исхудалых, шершавых, словно обглоданных, коров". Этот пример-иллюстрация показывает, как унылый пейзаж и нищета крестьянского быта давят на душу героя. Аркадий, глядя на всё это, чувствует, как "сердце его понемногу сжималось". Он приходит к выводу о необходимости "преобразований", но не видит путей их осуществления, что рождает чувство тревоги и бессилия. Автор этим подчеркивает, что социальная несправедливость и экономический упадок способны породить в человеке только мрачные мысли и отчаяние.
Второй пример-иллюстрация раскрывает совершенно иное состояние мира и души. Тургенев пишет: "а пока он размышлял, весна брала своё". Это ключевая фраза. Далее следует описание буйства весенней природы: "всё кругом золотисто зеленело, всё широко и мягко волновалось и лоснилось под тихим дыханием теплого ветерка", "нескончаемыми звонкими струйками заливались жаворонки". Поясняя этот пример, следует отметить, что могущество и красота природы оказываются сильнее человеческой печали и раздумий о тяготах жизни. Под её воздействием "понемногу ослабевая, исчезали его размышления", и Аркадий, сбросив шинель, смотрит на отца "весело, таким молоденьким мальчиком". Этим автор подводит нас к мысли о том, что природа обладает целительной силой, способной очистить душу, подарить радость и укрепить родственные чувства, напомнив о вечном течении жизни, которое не останавливается из-за человеческих проблем.
Смысловая связь между приведёнными примерами — противопоставление. В первом примере перед нами предстаёт картина социального и материального неблагополучия, вызывающая у героя тревогу и желание перемен, но не дающая сил. Во втором примере показана торжествующая, прекрасная природа, которая, игнорируя человеческие проблемы, дарит герою умиротворение, радость и ощущение молодости. Именно благодаря этому противопоставлению формируется правильное представление о том, что подлинная, неувядающая красота и сила жизни заключены не в рукотворных постройках или экономическом довольстве, а в вечном круговороте природы, способном врачевать душевные раны. Тургенев не отрицает проблем, но показывает, что человек не должен полностью погружаться в уныние, ведь существует высшая гармония, возвращающая его к жизни.
Я согласен с точкой зрения автора. Действительно, взгляд на мир определяется не только объективными обстоятельствами, но и нашим внутренним состоянием, умением замечать красоту. Например, в романе Льва Толстого "Война и мир" князь Андрей, переживший разочарование и смерть жены, видит весенний дуб безобразным и одиноким, как и его собственная жизнь. Однако позже, проезжая мимо того же дуба, но уже покрытого сочной зеленью, он ощущает прилив сил и желание жить. Этот пример-аргумент из читательского опыта подтверждает, что красота природы способна кардинально изменить мироощущение человека, пробудить в нём надежду и волю к действию, преодолев мрачные мысли.
Итак, Тургенев в своём произведении мастерски показывает, что за внешним убожеством и социальными язвами всегда скрывается вечная, обновляющаяся жизнь природы. Она является не просто фоном, а активной силой, способной влиять на душевное состояние человека, напоминая ему о радости бытия и истинных ценностях.
(8)Так размышлял Аркадий... а пока он размышлял, весна брала своё. (9)Всё кругом золотисто зеленело, всё широко и мягко волновалось и лоснилось под тихим дыханием теплого ветерка, всё — деревья, кусты и травы; повсюду нескончаемыми звонкими струйками заливались жаворонки; чибисы то кричали, виясь над низменными лугами, то молча перебегали по кочкам; красиво чернея в нежной зелени еще низких яровых хлебов, гуляли грачи; они пропадали во ржи, уже слегка побелевшей, лишь изредка выказывались их головы в дымчатых её волнах. (10)Аркадий глядел, глядел, и, понемногу ослабевая, исчезали его размышления... (11)Он сбросил с себя шинель и так весело, таким молоденьким мальчиком посмотрел на отца, что тот опять его обнял.
(12)— Теперь уж недалеко, — заметил Николай Петрович, — вот стоит только на эту горку подняться, и дом будет виден. (13)Мы заживём с тобой на славу, Аркаша; ты мне помогать будешь по хозяйству, если только это тебе не наскучит. (14)Нам надобно теперь тесно сойтись друг с другом, узнать друг друга хорошенько, не правда ли?
(15)— Конечно, — промолвил Аркадий, — но что за чудный день сегодня!
(16)— Для твоего приезда, душа моя. (17)Да, весна в полном блеске. (18)А впрочем, я согласен с Пушкиным — помнишь, в Евгении Онегине:
Как грустно мне твоё явленье,
Весна, весна, пора любви!
(19)Какое...
(20)— Аркадий! — раздался из тарантаса голос Базарова, — пришли мне спичку, нечем трубку раскурить.
(21)Николай Петрович умолк, а Аркадий, который начал было слушать его не без некоторого изумления, но и не без сочувствия, поспешил достать из кармана серебряную коробочку со спичками и послал её Базарову с Петром.
(22)— Хочешь сигарку? — закричал опять Базаров.
(23)— Давай, — отвечал Аркадий.
(24)Пётр вернулся к коляске и вручил ему вместе с коробочкой толстую чёрную сигарку, которую Аркадий немедленно закурил, распространяя вокруг себя крепкий и кислый запах заматерелого табака. (25)Николай Петрович, отроду не куривший, поневоле, хотя незаметно, чтобы не обидеть сына, отворачивал нос.
(И. С. Тургенев)