Всегда ли человек осознаёт непреходящую ценность каждого мгновения своей жизни? Именно эта проблема поднимается в предложенном для анализа тексте Юрия Бондарева.
Позиция автора заключается в утверждении того, что в юности люди склонны воспринимать жизнь лишь как череду промежуточных этапов на пути к грядущим радостям, нетерпеливо торопя время и обесценивая дни, которые кажутся лишь «бесполезными расстояниями, прогонами от станции к станции». Истинное же понимание счастья приходит с опытом, когда осознаёшь, что «путь воистину счастливого человека от рождения до последнего растворения в вечности и есть тормозящая неизбежную мглу небытия радость ежедневного существования в окружающем мире».
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. Юрий Бондарев размышляет о том, как в молодости он «неистово торопил время в детстве, ожидая день покупки перочинного ножа, обещанного отцом к Новому году», а затем, уже в отрочестве, с тем же нетерпением ждал встречи с одноклассницей. Автор подчёркивает, что в те мгновения «ничего не существовало кроме кратких минут этой встречи», а всё остальное время воспринималось как досадная помеха. Этот пример свидетельствует о том, что в молодости человек живёт ожиданием, не замечая красоты и значимости каждого прожитого дня.
Кроме того, Юрий Бондарев акцентирует внимание на переломном моменте в сознании героя, который, переступив срединную грань века, оглядывается на прожитые годы. Он признаётся: «И вот сейчас, прожив лучшие годы, переступив срединную грань века, порог зрелости, я не испытываю былой радости завершения. И уже не отдал бы ни часа живого дыхания за нетерпеливое удовлетворение того или иного желания, за краткий миг результата». Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что с возрастом приходит горькое прозрение: привычка торопить время и жить будущим лишает человека радости настоящего.
Смысловая связь между приведёнными примерами — противопоставление. В первом примере показано юношеское, нетерпеливое отношение ко времени, когда оно воспринимается лишь как средство для достижения желанной цели. Во втором же отражена мудрая позиция зрелого человека, который осознаёт, что каждый миг жизни бесценен сам по себе. Именно благодаря этому противопоставлению формируется правильное представление о ценности настоящего момента, которое автор доносит до читателя.
Я согласен с точкой зрения Юрия Бондарева. Действительно, в погоне за будущими успехами и радостями мы часто не замечаем, как стремительно уходит наша жизнь, состоящая из этих самых, казалось бы, скучных «промежутков». Например, многие мои знакомые, готовясь к сдаче единого государственного экзамена, жили исключительно навязчивой идеей «вот сдам — и начнётся настоящая жизнь», забывая о том, что и подготовка, и общение с одноклассниками, и даже переживания — это и есть их жизнь, полная событий и эмоций. Этот пример из жизненного опыта подтверждает мысль автора: нельзя воспринимать дни как досадную помеху на пути к цели, иначе можно просто не заметить, как пролетят лучшие годы.
Итак, текст Юрия Бондарева заставляет задуматься о том, что умение ценить каждое мгновение — это не просто философская категория, а важнейшее условие полноценной и счастливой жизни, которую ни в коем случае не следует торопить.
(2)И вдруг поразился: о как часто я ожидал тот или иной день, как неблагоразумно отсчитывал время, подгоняя его, уничтожая его одержимым нетерпением! (3)Чего я ожидал? (4)Куда я спешил? (5)И показалось, что почти никогда в прожитой молодости я не жалел, не осознавал утекающего срока, словно бы впереди была счастливая беспредельность, а та каждодневная земная жизнь – замедленная, ненастоящая – имела лишь отдельные вехи радости, все остальное представлялось нестоящими промежутками, бесполезными расстояниями, прогонами от станции к станции.
(6)Я неистово торопил время в детстве, ожидая день покупки перочинного ножа, обещанного отцом к Новому году, я с нетерпением торопил дни и часы в надежде увидеть её, с портфельчиком, в легоньком платьице, в белых носочках, аккуратно ступающую по плитам тротуара мимо ворот нашего дома. (7)Я ждал того момента, когда она пройдет возле меня, и, омертвев, с презрительной улыбкой влюбленного мальчика наслаждался высокомерным видом её вздернутого носа, веснушчатого лица, и затем с той же тайной влюбленностью долго провожал глазами две косички, раскачивающиеся на прямой напряженной спине. (8)Тогда ничего не существовало кроме кратких минут этой встречи, как не существовало и в юности реального бытия стояния в подъезде около паровой батареи.
(9)За окном исчезали обыденные закономерности, движение земли, созвездий. (10)Переставал падать снег над рассветными переулками Замоскворечья, хотя он падал и падал, будто в белой пустоте заваливая мостовые; переставала существовать сама жизнь, и не было смерти, потому что мы не думали ни о жизни, ни о смерти, уже не были подвластны ни времени, ни пространству, – мы создавали, творили что-то особенно главное, сущее, в котором рождалась совсем иная жизнь и совсем иная смерть, неизмеримые сроком двадцатого столетия. (11)Мы возвращались куда-то назад, в бездну первозданной любви, толкнувшей мужчину к женщине, раскрывшей перед ними веру в бессмертие.
(12)Гораздо позднее я понял, что любовь мужчины к женщине есть акт творчества, где оба чувствуют себя святейшими богами, и присутствие власти любви делает человека не покорителем, а безоружным властелином, подчиненным всеобъемлющей доброте природы.
(13)И если бы спросили тогда, согласен ли, готов ли ради встреч с ней в том подъезде, возле паровой батареи, под тусклой лампочкой, ради её губ, её дыхания отдать несколько лет своей жизни, я ответил бы с восторгом: да, готов!..
(14)Иногда думаю, что и война была как бы длительным ожиданием, мучительным сроком прерванного свидания с радостью, то есть всё, что мы делали, было за дальними границами любви. (15)А впереди, за пожарами задымленного, прорезанного пулеметными трассами горизонта, манила нас надежда на облегчение, мысль о тепле в тихом домике среди леса или на берегу реки, где должна произойти какая-то встреча с незавершенным прошлым и недосягаемым будущим. (16)Терпеливое ожидание длило наши дни на простреленных полях и вместе с тем очищало наши души от смрада висящей над окопами смерти.
(17)Я помню первый успех в жизни и предваряющий его звонок по телефону, в котором было обещание этого успеха, долго жданного мною. (18)Я бросил трубку телефона после разговора (никого не было дома) и воскликнул в приливе счастья: «Черт возьми, наконец-то!». (19)И подпрыгнул молодым козлом возле телефона, и начал ходить по комнате, разговаривая сам с собой, потирая грудь. (20)Если бы кто-нибудь увидел меня в эту минуту со стороны, то подумал бы, вероятно, что перед ним сумасшедший мальчишка. (21)Однако я не сошел с ума, я просто был на пороге того, что представало важнейшей вехой моей судьбы.
(22)До знаменательного дня, когда должен был я полностью удовлетвориться, ощутить собственное «я» счастливого человека, нужно было ещё ждать не один месяц. (23)И если бы опять спросили меня, отдал бы я часть своей жизни за сокращение времени, за то, чтобы приблизить желанную цель, я ответил бы без заминки: да, я готов сократить земной срок…
(24)Разве когда-нибудь раньше я замечал молниеносную быстроту уходящего времени?
(25)И вот сейчас, прожив лучшие годы, переступив срединную грань века, порог зрелости, я не испытываю былой радости завершения. (26)И уже не отдал бы ни часа живого дыхания за нетерпеливое удовлетворение того или иного желания, за краткий миг результата.
(27)Почему? (28)Я постарел? (29)Устал?
(30)Нет, теперь я понимаю, что путь воистину счастливого человека от рождения до последнего растворения в вечности и есть тормозящая неизбежную мглу небытия радость ежедневного существования в окружающем мире, и я поздно осознаю: какая же бессмысленность торопить и вычеркивать ожиданием цели дни, то есть неповторимость мгновений жизни, данной нам единый раз как драгоценный подарок.
(31)И всё-таки: чего я жду?..
(По Ю. Бондареву)