ЕГЭ по русскому

(1)Школа никогда особенно много для него не значила, но шёл его последний год в школе, и всё как-то становилось зачарованным. последние уроки, последние встречи с учителями,…

📅 15.05.2026
Автор: Ekspert

Как часто в юности мы проходим мимо людей, не замечая их истинной ценности, и лишь на пороге перемен с запоздалым сожалением осознаём, что упустили возможность узнать их по-настоящему? Именно эту важную проблему невнимательного, а подчас и пренебрежительного отношения к окружающим, которое сменяется запоздалым прозрением, поднимает в своём тексте советский прозаик Ирина Грекова.

Позиция автора по данной проблеме выражена через внутреннюю трансформацию главного героя, Кости Левина, который в последний школьный год вдруг начинает видеть своих учителей и одноклассников иными глазами. Ирина Грекова считает, что истинное понимание ценности людей, с которыми мы живём и учимся бок о бок, приходит к нам слишком поздно, когда время уже упущено, и это осознание наполнено горечью и сожалением.

Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. Сначала писательница показывает, как меняется восприятие героем директора школы Ивана Поликарповича. Если раньше он был для Кости «просто лысеющим человеком в серой толстовке, похожим на мешок с пылью» и «досадным препятствием», то теперь, находясь в том же кабинете, герой видит всё иным: «трогательным, одушевленным». Особенно его задевает мелочь – «оглобелька железных очков», которая «отломилась и замотана суровой ниткой. Аккуратно замотана». Этот пример свидетельствует о том, как в человеке, к которому раньше не было никакого интереса, вдруг открывается целый мир скромности, терпения и труда, вызывающий у Кости жалость и уважение.

Кроме того, автор акцентирует внимание на более широком осознании героем своей вины перед всеми учителями. Костя вспоминает «огненно-рыжую Софью Яковлевну», «строи?ную, завитую, с подмазанными губами биологиню Любовь Алексеевну» и «старого математика Василия Петровича, потерявшего ногу на гражданской войне». Теперь он понимает: «Всё это были люди! А он, безвкусно валяя дурака, ни разу даже не взглянул на них, как на людей...». Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что герой остро переживает свою прошлую слепоту и небрежность, понимая, что теперь «поздно, на носу – выпуск», и он уже не сможет исправить своей вины.

Смысловая связь между приведёнными примерами – детализация и конкретизация. Сначала автор показывает прозрение героя на конкретном примере с директором, а затем расширяет эту мысль, обобщая её на всех учителей и подчёркивая глубину и необратимость запоздалого раскаяния. В первом примере мы видим рождение жалости и интереса к одному человеку, в то время как во втором примере это чувство перерастает в горькое сожаление обо всех упущенных возможностях узнать и оценить людей, которые его окружали. Именно благодаря такому построению текста формируется правильное представление о том, насколько значимо вовремя увидеть человеческое в тех, кто рядом.

Я согласен с позицией автора. Действительно, очень часто мы начинаем ценить людей и понимать их внутреннюю красоту только тогда, когда теряем возможность быть рядом с ними. Например, в романе Льва Толстого «Война и мир» князь Андрей Болконский лишь после смерти жены, Лизы, осознаёт, как был с ней холоден и невнимателен, хотя она искренне его любила. Её уход становится для него страшным уроком, заставляющим переосмыслить своё отношение к близким.

Итак, текст Ирины Грековой заставляет нас задуматься о том, как важно быть внимательным к людям, не откладывать проявление интереса и тепла на потом, ведь время неумолимо бежит вперёд, и прозрение может наступить слишком поздно, оставив лишь горечь несбывшихся надежд и утраченных возможностей.

Исходный текст
(1)Школа никогда особенно много для него не значила, но шёл его последний год в школе, и всё как-то становилось зачарованным. последние уроки, последние встречи с учителями, последние ссоры с товарищами. (2)Последние, последние... (3)А впереди – жизнь. (4)Постойте, может быть, он всё-таки немного любил школу? (5)Ребята – сколько лет прожили вместе, а он их не знает. (6)И все – какие-то незнакомые. (7)Мальчики с неожиданно пробивающимися, даже какими-то неприличными усиками. (8)Девочки с тонкими талиями, с нежными, женскими голосами. (9)Нет, это не те голоса, которые кричали ему: «дурак», «воображала»... (10)А свой-то собственный голос – тоже иногда звучит чужим... (11)И преподаватели стали другими. (12)Или просто он увидел их другими глазами. (13)Например, заведующий Иван Поликарпович – теперь уже не заведующий, а директор. (14)Он сам смущён своим новым званием и не знает, как жить дальше и что теперь будет? (15)Не возвращаются ли гимназические порядки? (16)Прежде для Кости это был просто лысеющий человек в серой толстовке, похожий на мешок с пылью. (17)Досадное препятствие – и только. (18)А теперь Костя глядел на него с интересом и жалостью... (19)В этот последний год в школе как-то особенно часто – по пустякам – вспыхивали небольшие скандалы. (20)После одного из них Иван Поликарпович вызвал Костю к себе в кабинет. (21)Сколько раз он уже стоял здесь... (22)Знает каждую вещь. вот старая, истёртая по сгибам карта Европы. (23)Вот цветы на окне, построенные по росту. (24)Правофланговым – фикус. (25)Левофланговым – кактус. (26)Вот тронутое молью чучело вороны на одной ноге... (27)Всё это когда-то душило его пылью и скукой. (28)И от заведующего шли правильные, скучные, пыльные слова... (29)Он тогда переминался с ноги на ногу и только ждал: когда же его отпустят? (30)Теперь он стоит в том же кабинете и видит всё иным: трогательным, одушевленным. (31)Старый заведующий, старые вещи – а за всем этим скромность, терпение, воля, труд. (32)У Ивана Поликарповича оглобелька железных очков, видно, отломилась и замотана суровой ниткой. (33)Аккуратно замотана. (34)Как задевает сердце эта оглобелька! (35)Сам, наверно, заматывал – этими самыми неуклюжими, робкими пальцами. (36)Нелегко ему. (37)– Послушай, Левин, – сказал Иван Поликарпович, – я давно хотел у тебя спросить: а не скучно тебе так безвкусно валять дурака? (38)И он устыдился. (39)А другие учителя? (40)Огненно-рыжая Софья Яковлевна; стройная, завитая, с подмазанными губами «биологиня» Любовь Алексеевна; старый математик Василий Петрович, потерявший ногу на гражданской войне и входивший в класс, гремя костылями? (41)Всё это были люди! (42)А он, безвкусно валяя дурака, ни разу даже не взглянул на них, как на людей... (43)Теперь поздно, на носу – выпуск. (44)Костя глядел на этих людей, потерянных им по своей вине, по небрежности, и радостно горевал, и почти любил их. (45)А его друг, юра, словно горел в эту весну. (46)Он уже четвёртый раз был влюблён, метался, дергался, паясничал и брился, забросил уроки и часто сманивал Костю за город – купаться. (47)Восхитителен был этот ворованный отдых. (48)Лежа на песке и сладостно сознавая себя преступниками, они говорили о будущем.
(По И. Грековой*)
*Ирина Грекова (Елена Сергеевна Вентцель) (1907–2002) – советский математик, автор учебников по теории вероятностей и исследованию операций, русский прозаик, доктор технических наук, профессор.