ЕГЭ по русскому

Нужно ли бороться за жизнь и приспосабливаться к ней? — (1)В густом тонкоствольном осиннике я увидел серый в два обхвата пень. (2)Пень этот сторожили выводки опят с рябоватыми шершавыми шляпками. (3)На срезе пня мягкою топкою лежал…

📅 16.04.2026
Автор: Ekspert

В лесу, среди осин, автор увидел пень, который «сторожили выводки опят». На нем лежал линялый мох, а рядом ютились слабые всходы елочек. Писатель с грустью отмечает, что эти ростки обречены: «Им уж и не справиться было с трудной борьбой за жизнь и продолжать рост». Жесткий закон бытия формулируется четко: «Тот, кто не растёт, умирает!». Казалось бы, судьба малых елей предрешена — «здесь можно было прорасти, но нельзя выжить». Однако взгляд рассказчика выхватывает одну, непохожую на других: «она стояла бодро и осанисто посреди пня». В её виде чувствовались «какая-то уверенность и вроде бы даже вызов». Этот контраст между гибнущими и борющейся ёлочкой становится центральным моментом текста, позволяя Виктору Астафьеву поднять глубокую проблему: нужно ли бороться за жизнь и приспосабливаться к ней, даже когда обстоятельства кажутся непреодолимыми?

Позиция автора заключается в том, что борьба за жизнь не просто нужна, а является сутью существования, высшим проявлением воли к жизни, которая способна находить неожиданные пути даже в самых безнадежных условиях. Астафьев убежден, что подлинная жизнь — это постоянное преодоление, и именно в этом преодолении раскрывается ее ценность и связь между поколениями.

Чтобы обосновать эту мысль, обратимся к примерам из текста. Первый пример-иллюстрация демонстрирует безвольное принятие судьбы. Автор показывает слабые всходы, у которых «было всего по две-три палки и мелкая, но очень колючая хвоя». Несмотря на то что «на кончиках лапок всё-таки поблескивали росинки смолы», эти деревца обречены, потому что они пассивны. Им «не справиться было с трудной борьбой». Этот фрагмент важен для понимания авторской мысли: отсутствие борьбы равнозначно смерти. Поясняя этот пример, можно сказать, что Астафьев рисует картину естественного отбора, где гибнет тот, кто не имеет сил или воли сопротивляться. Он этим подчеркивает, что сама возможность прорасти — еще не гарантия жизни; жизнь требует активного, подчас мучительного усилия.

Второй пример-иллюстрация являет собой полную противоположность — это образ активного, умного сопротивления. Рассказчик замечает одну ёлочку, которая «ловко устроилась на пеньке». Оказалось, что она «веером развернула липкие ниточки корешков, а главный корешок белым шильцем впился в середину пня». В то время как мелкие корешки берут влагу из мха, центральный «ввинчивался в пень, добывая пропитание». Автор неслучайно подробно описывает этот механизм выживания. Он акцентирует внимание на том, что елочка избрала труднейший, но единственно возможный путь: «Елочка долго и трудно будет сверлить пень корешком, пока доберется до земли». Поясняя этот пример, следует отметить, что писатель видит в этом не просто биологический инстинкт, а настоящий подвиг. Ёлочка не просто борется, она приспосабливается, используя среду (даже мертвую) для своего роста. Она принимает вызов среды и находит нестандартное решение.

Смысловая связь между приведенными примерами — это противопоставление. В первом примере мы видим пассивность и неизбежную гибель, во втором — активную, изобретательную борьбу и, как следствие, шанс на жизнь. Именно через это противопоставление Астафьев формирует правильное представление о проблеме: вопрос не в том, трудно ли выживать, а в том, выбирает ли живое существо путь борьбы. Первые ёлочки символизируют смирение перед обстоятельствами, вторая — непримиримую волю к жизни, которая заставляет искать опору даже в, казалось бы, непригодном для этого месте — в сердце отмершего пня.

Я полностью согласен с позицией Виктора Астафьева. Действительно, жизнь — это постоянное усилие, преодоление внутренних и внешних препятствий. История знает множество примеров, когда именно воля к жизни и способность адаптироваться творили чудеса. Вспомним судьбы людей, переживших тяжелейшие испытания, например, блокадников Ленинграда. Их физические силы были на пределе, условия — нечеловеческими, но многие выжили не только благодаря крохам хлеба, но и благодаря силе духа, взаимопомощи, изобретательности — тому самому умению «ввинчиваться корешком» в камень безысходности, чтобы добыть «пропитание» для души и тела. Они боролись за каждый день, и в этой борьбе обретали невероятную духовную мощь.

В финале текста автор напрямую связывает образ елочки с памятью о войне. Когда ему «становится невыносимо больно от воспоминаний», он думает о том деревце, которое растет на пне. Этот переход от образа природы к человеческой трагедии глубоко символичен. Погибшие солдаты, «ребята, которые не успели ещё и жизни-то как следует увидеть», подобны тем слабым всходам, которые не успели окрепнуть для борьбы. Но сама их жертва, их погибший, но не сдавшийся родительский лес, подобен тому пню, который «хранил и вскармливал дитя», отдавая «последние соки». Борьба тех, кто пал, становится опорой и питательной средой для жизни следующих поколений. Таким образом, Астафьев утверждает, что борьба за жизнь — это не эгоистический инстинкт, а долг перед теми, кто отдал за эту жизнь всё, и связующая нить между прошлым и будущим.

Итак, размышляя над поставленной проблемой, Виктор Астафьев приводит нас к ясному выводу: бороться за жизнь и приспосабливаться к её суровым условиям не просто нужно, а необходимо. Это единственный способ реализовать данное нам право на существование, почтить память предков и передать эстафету жизни дальше. Пассивное ожидание угасания недостойно живого существа. Истинная жизнь, подобно той ёлочке на пне, всегда находит способ уцепиться за любую возможность, вопреки всему тянуться к свету, потому что в самой этой трудной, упорной борьбе и заключена её прекрасная и бессмертная суть.

Исходный текст
(1)В густом тонкоствольном осиннике я увидел серый в два обхвата пень. (2)Пень этот сторожили выводки опят с рябоватыми шершавыми шляпками. (3)На срезе пня мягкою топкою лежал линялый мох, украшенный тремя или четырьмя кисточками брусники. (4)И здесь же ютились хиленькие всходы елочек. (5)У них было всего по две-три палки и мелкая, но очень колючая хвоя. (6)А на кончиках лапок всё таки поблескивали росинки смолы и виднелись пупырышки завязей будущих лапок. (7)Однако завязи были так малы и сами ёлочки так слабосильны, что им уж и не справиться было с трудной борьбой за жизнь и продолжать рост. (8)Тот, кто не растёт, умирает! - таков закон жизни. (9)Этим ёлочкам предстояло умереть, едва-едва народившись, Здесь можно было прорасти, но нельзя выжить. (10)Я сел возле пенька курить и заметил, что одна из елочек сильно отличается от остальных, она стояла бодро и осанисто посреди пня. (11)В потемневшей хвое, в тоненьком смолистом стволике, в бойко взъерошенной вершинке чувствовались какая-то уверенность и вроде бы даже вызов. (12)Я запустил пальцы под волглую шапку мха, приподнял её и улыбнулся: «Вот оно в чём дело!». (13)Эта ёлочка ловко устроилась на пеньке. (14)Она веером развернула липкие ниточки корешков, а главный корешок белым шильцем впился в середину пня. (15)Мелкие корешки сосали влагу из мха, и потому он был такой линялый, а корешок центровой ввинчивался в пень, добывая пропитание. (16)Елочка долго и трудно будет сверлить пень корешком, пока доберется до земли. (17)Еще несколько лет она будет в деревянной рубашке пня, расти из самого сердца того, кто, возможно, был её родителем и кто даже после смерти своей хранил и вскармливал дитя. (18)И когда от пня останется лишь одна труха и сотрутся следы его с земли, там, в глубине, ещё долго будут преть корни родительницы ели, отдавая молодому деревцу последние соки, сберегая для него капельки влаги, упавшие с травинок и листьев земляники, согревая его в стужу остатным теплым дыханием прошедшей жизни. (19)Когда мне становится невыносимо больно от воспоминаний, а они не покидают, да и никогда, наверное, не покинут тех, кто прошел войну, когда снова и снова передо мной встают те, кто пал на поле боя, а ведь были среди них ребята, которые не успели ещё и жизни-то как следует увидеть, ни полюбить, ни насладиться радостями мирскими и даже досыта поесть, - я думаю о ёлочке, которая растёт в лесу на пне.
(В. Астафьев)