ЕГЭ по русскому

(1)Дня за три до Нового года, глухой морозной ночью, в селе Николаевке, качнув стылую тишину, гулко ахнули два выстрела. (2)И кто-то крикнул: — Даёшь сердце! (3)Эхо выстрелов…

📅 10.04.2026
Автор: Ekspert

Какую же проблему ставит в своём тексте Василий Макарович Шукшин? Писатель размышляет о том, что значит быть человеком неравнодушным, способным на искренний, почти детский восторг перед чудом человеческого гения, и о том, как такой порыв может столкнуться с косностью обывательского мышления. Позиция автора заключается в следующем: Шукшин с глубокой симпатией и пониманием изображает своего героя, ветфельдшера Козулина, чья эмоциональная реакция на научное открытие становится ярким проявлением живой, отзывчивой человеческой души, противопоставленной формальному, сухому миру бюрократии и обыденности.

Чтобы обосновать позицию автора, обратимся к примерам из прочитанного текста. Василий Шукшин с самого начала рисует портрет главного героя как человека незаметного: «На редкость незаметный человек. Лет пятидесяти, полный, рыхлый…». Эта внешняя «рыхлость» и обыденность контрастирует с внутренним огнём, который вспыхивает в нём при важном известии. Автор показывает, что именно такой, казалось бы, ничем не примечательный человек способен на сильнейший эмоциональный порыв. Этот пример свидетельствует о том, что истинная человечность, способность удивляться и радоваться за всё человечество, не имеет ничего общего с внешней эффектностью и часто скрыта за самой простой, даже невзрачной оболочкой.

Кроме того, Шукшин акцентирует внимание на реакции героя на новость о пересадке сердца. Козулин, будучи потрясённым, действует интуитивно и непосредственно: «Я обрадовался… Я был ошеломлён, когда услышал, мне попалось на глаза ружьё, я выбежал во двор и выстрелил…». Его поступок — это стихийный салют в честь человеческого разума, победы над смертью. Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что для героя это событие — не просто медицинский факт, а настоящее чудо, затрагивающее самые сокровенные струны души. Этим автор подводит нас к мысли о том, что в мире, где часто царят расчёт и прагматизм, такая непосредственность является редким и драгоценным качеством.

Смысловая связь между приведёнными примерами — противопоставление. В первом примере автор подчёркивает внешнюю незаметность и обыденность Козулина, его полную интеграцию в серый быт села. В то время как во втором примере раскрывается его яркий, эмоциональный внутренний мир, способный на взрыв восторга перед грандиозным достижением науки. Именно благодаря этому контрасту формируется правильное представление об истинной сути героя: за внешней «рыхлостью» скрывается живое, горячее, отзывчивое сердце, бьющееся в унисон с радостями и победами всего человечества.

Я полностью согласен с точкой зрения Василия Шукшина. Действительно, способность бескорыстно радоваться успехам других, достижениям науки и культуры, даже если они напрямую тебя не касаются, — это признак духовно богатого, щедрого человека. Например, мы можем восхищаться подвигом Юрия Гагарина, открывшего человечеству дорогу в космос, или восторгаться картинами Леонардо да Винчи, даже не будучи ни лётчиками, ни художниками. Эта общая, разделённая радость и делает нас единым человечеством. Герой Шукшина, простой ветфельдшер, ощутил себя частью этого большого целого, и его выстрелы в ночное небо — это гимн человеческому гению, прозвучавший из самой глубины русской деревни. Его стыд перед участковым — это стыд не за сам порыв, а за то, что его не поняли, свели высокое чувство к нарушению покоя.

Итак, Василий Шукшин в своём небольшом рассказе поднимает очень важную проблему сохранения в человеке способности удивляться и восторгаться. Писатель убеждён, что именно эта способность отличает живую душу от мёртвой формальности, олицетворённой в рассказе председателем и участковым, озабоченными лишь протоколами и дровами. Истинный прогресс человечества измеряется не только научными прорывами, но и наличием людей, которые, подобно Козулину, способны салютовать этим прорывам всем своим существом, пусть даже их салют и нарушает сонное спокойствие обывательского мира.

Исходный текст
(1)Дня за три до Нового года, глухой морозной ночью, в селе Николаевке, качнув стылую тишину, гулко ахнули два выстрела. (2)И кто-то крикнул: — Даёшь сердце! (3)Эхо выстрелов долго гуляло над селом. (4)Залаяли собаки. (5)Утром выяснилось: стрелял ветфельдшер Александр Иванович Козулин. (6)Ветфельдшер Козулин жил в этом селе всего полгода. (7)Но даже когда он только появился, он не вызвал у николаевцев никакого к себе интереса. (8)На редкость незаметный человек. (9)Лет пятидесяти, полный, рыхлый… (10)И вот этот-то человек выскочил за полночь из дома и дважды саданул из ружья в небо. (11)И закричал. (12)Недоумевали. (13)В полдень на ветучасток к Козулину приехал грузный, с красным, обветренным лицом участковый милиционер. (14)— Надо будет… это… проехать в сельсовет. (15)Протокол составить. (16)Козулин снял халат, надел пальто, шапку и видом своим показал, что он готов... (17)Председатель скрипнул хромовыми сапогами, поправил правой рукой ремень гимнастерки (из другого рукава свисала аккуратная лакированная ладонь протеза), пригласил фельдшера: — Садись, товарищ Козулин. (18)Козулин тоже сел в глубокое кресло. (19)— Так что случилось-то? (20)Почему стрельба была? (21)— Вчера в Кейптауне человеку пересадили сердце, — торжественно произнес Козулин. (22)И замолчал. (23)Председатель и участковый ждали — что дальше? (24)— От мёртвого человека — живому. (25)У участкового вытянулось лицо. (26)— Что, что? (27)—Живому человеку пересадили сердце мертвого. (28)Трупа. (29)— Ну, это бывает, бывает, — снисходительно согласился председатель, — пересаживают отдельные органы. (30)Почки… и другие. (31)— Другие — да, а сердце впервые. (32)Это же — сердце! (33)— Я не вижу прямой связи между этим… патологическим случаем и двумя выстрелами в ночное время, — строго заметил председатель. (34)— Я обрадовался… (35)Я был ошеломлён, когда услышал, мне попалось на глаза ружьё, я выбежал во двор и выстрелил… (36)— Во сколько это было? — строго спросил участковый. (37)— Не знаю точно. (38)Часа в три. (39)Председатель внимательно смотрел на фельдшера: — Кто вам дал право в три часа ночи булгатить село выстрелами? (40)— Простите, не подумал в тот момент… (41)— Да мы-то простим, товарищ Козулин, — участливо произнес председатель, — а вот как трудящиеся-то? (42)Им некоторым вставать в пять утра. (43)Вы же человек с образованием, вы же должны понимать такие вещи. (44)— Кстати, — по-доброму оживился участковый, — а чего вы-то салютовать кинулись? (45)Ведь это не по вашей части победа-то, — вы же ветеринар. (46)Не кобыле же сердце пересадили. (47)— Не смейте так говорить! — закричал вдруг фельдшер. (48)И покраснел. (49)Помолчал и тихо и горько спросил: — Зачем вы так? (50)Некоторое время все молчали. (51)Потом заговорил председатель: — Горячиться не надо. (52)Конечно, это большое достижение ученых. (53)Дело не в том, кому пересадили, все мы, в конце концов, животный мир, важно само достижение. (54)Тем более, что это произошло на человеке. (55)Но, товарищ Козулин, ещё раз говорю вам: эта ваша самодеятельность с салютом в ночное время — грубое нарушение покоя. (56)Мало ли ещё будет каких достижений! (57)Вы нам всех граждан психопатами сделаете. (58)Раз и навсегда запомните это. (59)Кстати, как у вас с дровами? (60)Фельдшер растерялся от неожиданного вопроса. (61)— Спасибо, пока есть. (62)У меня пока все есть. (63)Мне здесь хорошо. (64)— Фельдшер мял в руках шапку, хмурился. (65)Ему было стыдно за свой выкрик. (66)Он посмотрел на участкового: — Простите меня — не сдержался…
(По В. М. Шукшину)