(1) Дня за три до Нового года, глухой морозной ночью, в селе Николаевке, качнув стылую тишину, гулко ахнули два выстрела.
(2) И кто-то крикнул: — Даёшь сердце!
(3) Эхо выстрелов долго гуляло над селом.
(4) Залаяли собаки.
(5) Утром выяснилось: стрелял ветфельдшер Александр Иванович Козулин.
(6) Ветфельдшер Козулин жил в этом селе всего полгода.
(7) Но даже когда он только появился, он не вызвал у николаевцев никакого к себе интереса.
(8) На редкость незаметный человек.
(9) Лет пятидесяти, полный, рыхлый…
(10) И вот этот-то человек выскочил за полночь из дома и дважды саданул из ружья в небо.
(11) И закричал.
(12) Недоумевали.
(13) В полдень на ветучасток к Козулину приехал грузный, с красным, обветренным лицом участковый милиционер.
(14) — Надо будет… это… проехать в сельсовет.
(15) Протокол составить.
(16) Козулин снял халат, надел пальто, шапку и видом своим показал, что он готов...
(17) Председатель скрипнул хромовыми сапогами, поправил правой рукой ремень гимнастерки (из другого рукава свисала аккуратная лакированная ладонь протеза), пригласил фельдшера: — Садись, товарищ Козулин.
(18) Козулин тоже сел в глубокое кресло.
(19) — Так что случилось-то?
(20) Почему стрельба была?
(21) — Вчера в Кейптауне человеку пересадили сердце, — торжественно произнес Козулин.
(22) И замолчал.
(23) Председатель и участковый ждали — что дальше?
(24) — От мёртвого человека — живому.
(25) У участкового вытянулось лицо.
(26) — Что, что?
(27) —Живому человеку пересадили сердце мертвого.
(28) Трупа.
(29) — Ну, это бывает, бывает, — снисходительно согласился председатель, — пересаживают отдельные органы.
(30) Почки… и другие.
(31) — Другие — да, а сердце впервые.
(32) Это же — сердце!
(33) — Я не вижу прямой связи между этим… патологическим случаем и двумя выстрелами в ночное время, — строго заметил председатель.
(34) — Я обрадовался…
(35) Я был ошеломлён, когда услышал, мне попалось на глаза ружьё, я выбежал во двор и выстрелил…
(36) — Во сколько это было? — строго спросил участковый.
(37) — Не знаю точно.
(38) Часа в три.
(39) Председатель внимательно смотрел на фельдшера: — Кто вам дал право в три часа ночи булгатить село выстрелами?
(40) — Простите, не подумал в тот момент…
(41) — Да мы-то простим, товарищ Козулин, — участливо произнес председатель, — а вот как трудящиеся-то?
(42) Им некоторым вставать в пять утра.
(43) Вы же человек с образованием, вы же должны понимать такие вещи.
(44) — Кстати, — по-доброму оживился участковый, — а чего вы-то салютовать кинулись?
(45) Ведь это не по вашей части победа-то, — вы же ветеринар.
(46) Не кобыле же сердце пересадили.
(47) — Не смейте так говорить! — закричал вдруг фельдшер.
(48) И покраснел.
(49) Помолчал и тихо и горько спросил: — Зачем вы так?
(50) Некоторое время все молчали.
(51) Потом заговорил председатель: — Горячиться не надо.
(52) Конечно, это большое достижение ученых.
(53) Дело не в том, кому пересадили, все мы, в конце концов, животный мир, важно само достижение.
(54) Тем более, что это произошло на человеке.
(55) Но, товарищ Козулин, ещё раз говорю вам: эта ваша самодеятельность с салютом в ночное время — грубое нарушение покоя.
(56) Мало ли ещё будет каких достижений!
(57) Вы нам всех граждан психопатами сделаете.
(58) Раз и навсегда запомните это.
(59) Кстати, как у вас с дровами?
(60) Фельдшер растерялся от неожиданного вопроса.
(61) — Спасибо, пока есть.
(62) У меня пока все есть.
(63) Мне здесь хорошо.
(64) — Фельдшер мял в руках шапку, хмурился.
(65) Ему было стыдно за свой выкрик.
(66) Он посмотрел на участкового: — Простите меня — не сдержался…
(По В. М. Шукшину)