В предложенном для анализа тексте А. И. Герцен затрагивает проблему отношения общества к нетрадиционным взглядам.
Думая над данной проблемой, автор повествует о человеке, которого называют Химиком, «Придавая этому слову порицательным смысл и подразумевая, что химия вовсе не может быть занятием порядочного человека». А все потому, что герой увлекается естественными науками, пренебрегает философией, литературой и искусством, часто находится наедине с собой и не общается с противоположным полом. Тем самым автор показывает, что порой люди относятся с презрением к тому, чего не понимают. В данном случае им неясны увлечения главного героя, в результате чего и к нему самому проявляется некая неприязнь со стороны людей.
Читатель видит, что Химик отделил себя от остального мира, когда этот мир и сам не желает контакта. Герою чужды отношения между мужчиной и женщиной, кажется, будто он верен исключительно науке и только вокруг знаний крутится жизнь Химика. Рассказчик пишет: «Семейную жизнь он не любил, говорил с ужасом о браке и наивно признавался, что он прожил тридцать лет, не любя ни одной женщины». Здесь автор указывает на различие между принятыми в обществе ценностями и мировоззрением главного героя, подтверждая свою мысль о том, что к людям, имеющим свои нетипичные взгляды, общественность не всегда лояльна.
Первый пример дает понять, что люди не могут одобрять то, что им непонятно, а второй указывает на наличие у некоторых личностей своих ценностей, не отвечающих на запросы остальных. Эти примеры, дополняя друг друга, иллюстрируют то, как общество относится к нетрадиционному мировоззрению у некоторых представителей.
Автор подводит читателя к мысли о том, что иные взгляды отдельных людей часто не встречают одобрения общественности, из-за чего происходит обособление одних людей от других.
Позиция автора ясна и интересна. С ней можно согласиться. Так, в произведении И. Тургенева «Отцы и дети» главный герой Евгений Базаров является нигилистом, отрицающим гуманитарные науки, и его точка зрения отличается от общественной. Он считает, что смысл жизни заключается в точных науках, в частности в химии. Базаров презирает чувства и любовь. Таким образом, в произведении обозначено различие между взглядами главного героя и его окружения, из-за чего у них возникают разногласия.
Хочется отметить, что иметь отличное от других мировоззрение не является чем-то плохим, ведь сколько людей, столько и мнений. Однако стоит быть готовым к неодобрению тех или иных мыслей, которые не отвечают на принятые обыденные нормы.
(3)Мои родственники называли его не иначе как Химик, придавая этому слову порицательный смысл и подразумевая, что химия вовсе не может быть занятием порядочного человека.
(4)С самого начала нашего знакомства Химик увидел, что я серьёзно занимаюсь, и стал уговаривать, чтоб я бросил «пустые» занятия литературой и принялся за естественные науки. (5)Химик дал мне речь Кювье о геологических переворотах. (6)Видя, что чтение у меня идёт на пользу, он предложил превосходные собрания, снаряды, гербарии и даже собственное руководство. (7)Он на своей почве был очень занимателен, чрезвычайно учён, остёр и даже любезен, но для этого не надобно было ходить дальше обезьян; от камней до орангутана его всё интересовало, далее он неохотно пускался, особенно в философию, которую считал болтовнёй.
(8)Он не был ни консерватором, ни отсталым человеком, он просто не верил в людей, то есть верил, что эгоизм — исключительное начало всех действий, находил, что его сдерживает только безумие одних и невежество других.
(9)Меня возмущал его материализм. (10)Поверхностный и со страхом пополам вольтерианизм наших отцов нисколько не был похож на материализм Химика.
(11)Его взгляд отличался спокойствием, последовательностью, завершенностью и напоминал известный ответ Лаланда Наполеону. (12)«Кант принимает гипотезу Бога», — сказал ему Бонапарт. (13)«Государь, — возразил астроном, — мне в моих занятиях никогда не случалось нуждаться в этой гипотезе».
(14)Взгляд его становился ещё безотраднее во всех жизненных вопросах.
(15)Он находил, что на человеке так же мало лежит ответственности за добро и зло, как на звере; что всё - дело организации, обстоятельств и вообще устройства нервной системы, от которой больше ждут, нежели она в состоянии дать. (16)Семейную жизнь он не любил, говорил с ужасом о браке и наивно признавался, что он прожил тридцать лет, не любя ни одной женщины. (17)Впрочем, одна тёплая струйка в этом охлаждённом человеке ещё оставалась, она была видна в его отношениях к старушке матери; они много страдали вместе от отца, бедствия сильно сплавили их; он трогательно окружал одинокую и болезненную старость её, насколько умел, покоем и вниманием.
(18)Теорий своих, кроме химических, он никогда не проповедовал, они высказывались случайно, вызывались мною. (19)Он даже нехотя отвечал на мои романтические и философские возражения; его ответы были коротки, он их делал улыбаясь и с той деликатностью, с которой большой старый мастиф играет со шпицем, позволяя ему себя теребить и только легко отгоняя лапой. (20)Но это-то меня и дразнило всего больше, и я неутомимо возвращался к разговору, не выигрывая, впрочем, ни одного пальца почвы. (21)Впоследствии, то есть лет через двенадцать, я много раз поминал Химика так, как поминал замечания моего отца; разумеется, он был прав в трёх четвертях всего, на что я возражал. (22)Но ведь и я был прав.
(23)Есть истины, которые, как политические права, не передаются раньше известного возврата.
(24)Влияние Химика заставило меня избрать физико-математическое отделение; ещё лучше было бы вступить в медицинское, но беды большой в том нет, что я сперва посредственно выучил, потом основательно забыл дифференциальные и интегральные исчисления.
(35)Без естественных наук нет спасения современному человеку, без этой здоровой пищи, без этого строгого воспитания мысли фактами, без этой близости к окружающей нас жизни, без смирения перед её независимостью — где-нибудь в душе остаётся монашеская келья и в ней мистическое зерно, которое может разлиться тёмной водой по всему разумению.
(По А. Герцену*)
*Александр Пванович Герцен (1812-1870) — русский публицист, писатель, педагог, философ, автор мемуарной хроники «Былое и думы».