(1) Катерина Ивановна никогда ни на что не жаловалась, кроме как на старческую слабость.
(2) Но я знал от соседки и от бестолкового доброго старика Ивана Дмитриева, сторожа при пожарном сарае, что Катерина Ивановна одна на белом свете.
(3) Дочь Настя вот уже четвёртый год как не приезжает – забыла, значит, мать, а дни у Катерины Ивановны считанные.
(4) Не ровён час, так и умрёт она, не повидав дочери, не приласкав её, не погладив её русые волосы «очаровательной красоты» (так говорила о них Катерина Ивановна).
(5) Настя слала Катерине Ивановне деньги, но и то бывало с перерывами.
(6) Как Катерина Ивановна жила во время этих перерывов, никому не известно.
(7) Однажды Катерина Ивановна попросила меня проводить её в сад, где она не была с ранней весны, всё не пускала слабость.
(8) – Дорогой мой, – сказала Катерина Ивановна, – не взыщите с меня, со старой.
(9) Хочется мне вспомнить прошлое, напоследок посмотреть сад.
(10) В нём я ещё девушкой зачитывалась Тургеневым.
(11) Да и кое-какие деревья я посадила сама.
(12) Она одевалась очень долго.
(13) Надела старый тёплый салопчик, тёплый платок и, крепко держась за мою руку, медленно спустилась с крылечка.
(14) Уже вечерело.
(15) Сад облетел.
(16) Палые листья мешали идти.
(17) Они громко трещали и шевелились под ногами, на зеленеющей заре зажглась звезда.
(18) Далеко над лесом висел серп месяца.
(19) Катерина Ивановна остановилась около обветренной липы, оперлась о неё рукой и заплакала.
(20) Я крепко держал её, чтобы она не упала.
(21) Плакала она, как очень старые люди, не стыдясь своих слёз.
(22) – Не дай вам бог, родной мой, – сказала она мне, – дожить до такой одинокой старости!
(23) Не дай вам бог!
(24) Я осторожно повёл её домой и подумал: как бы я был счастлив, если бы у меня была такая мама!
По Паустовскому К. Г.