(1) Выражение «гамбургский счёт» появилось у меня так.
(2) В 20 –е годы Союз писателей в старом своём составе, как одна из писательских организаций, находился в Доме Герцена по Тверскому бульвару.
(3) Было лето.
(4) На первый этаж прямо в сад выходил большой тент: под тентом был ресторан, и весь первый этаж тоже был рестораном.
(5) Поваром ресторана был человек, фамилию которого я забыл; знаю, что по прежней своей профессии он являлся цирковым борцом.
(6) К нему приходили большие, уже немолодые люди, они садились тяжело на стулья и, как помнится мне, иногда нарочно их ломали.
(7) Шеф-повар для своих друзей приготовлял винегрет; порции подавались в больших, специально купленных умывальных тазах.
(8) После такой закуски люди ели обед.
(9) Раз пришёл человек, менее других отяжелевший, но всех крупнее.
(10) Вокруг него сразу образовалась свита, расположившаяся по рангам: это был Иван Поддубный.
(11) Пришёл он с борьбы: боролись в цирке Шапито.
(12) Было тогда Поддубному 70 лет.
(13) Его попросили выступить бороться.
(14) Рассказал он об этом спокойно: — Бороться в 70 лет, — говорил Поддубный, — нельзя, но показать, как борются, можно.
(15) Да и знали все, что меня по моему рангу положить нельзя.
(16) Нехорошо человека в 70 лет вдруг взять да и положить на лопатки.
(17) — Показываю я перекат и вдруг чувствую, что мой молодой напарник хочет меня прижать, вместо того чтобы дать мне показать классический мост.
(18) Дальше я рассказываю точно:
(19) — Бороться в 70 лет нельзя, но две минуты или одну минуту я могу быть сильнее другого борца на сколько угодно.
(20) Но я никогда не толкался.
(21) Если бы мы толкались, живых бы не было.
(22) А тут я его толкнул; его унесли на доске.
(23) На что шеф-повар сказал спокойно:
— Пускай помнит гамбургский счёт!
(24) Я спросил, что такое гамбургский счёт, и мне объяснили, что это счёт без условностей, без наигрыша.
(25) Его в старину устанавливали в Гамбурге на закрытых состязаниях — без публики.
(26) Я написал о Поддубном и гамбургском счёте и, издавая книгу, включил туда этот рассказ.
(27) Мне посоветовали в издательстве вынести это название на обложку.
(28) Было это в 1924 году.
(29) Через 25 лет Константин Симонов во время борьбы с космополитизмом напомнил этот мой рассказ и на много лет прижал меня на лопатки.
(30) Как мне говорил Александр Фадеев, меня в дискуссии «не должны были упоминать».
(31) Я сейчас не собираюсь толкаться, но скажу, что речь Симонова напечатала центральная газета «Правда» в 1949 г.
(32) С тех пор мои рассказы не принимал ни один журнал.
(33) А через год в одном из очерков о жизни деревни, в разговоре колхозников, я прочитал: «А вот мы сейчас ему устроим гамбургский счёт».
(34) Это говорилось, насколько я помню, про соседа, который жил нечестно, занимался показухой.
(35) Значит, читали мой рассказ эти простые люди, если запомнилось им и само выражение, и его смыслы.
(36) В спорте существует олимпийский счёт, который, благодаря значению состязания, является истинным счётом, потому что у него есть показатели, которые можно проверить.
(37) В искусстве правила счёта иногда нарушают, и человек, объявленный чемпионом, вдруг появляется на лотке уценённых книг.
(38) Так что, значит, гамбургский счёт, без показухи, без обмана, есть и в литературе.
(по В. Шкловскому)