(1)В третьей бригаде колхоза «Гигант» сдали в эксплуатацию новое складское помещение. (2)Из старого склада — из церкви — вывезли пустую вонючую бочкотару, мешки с цементом, сельповские кули с сахаром-песком, с солью, вороха рогожи, сбрую (коней в бригаде всего пять, а сбруи нашито на добрых полтора десятка; оно бы ничего, запас карман не трет, да мыши окаянные… (3)И осталась она пустая, церковь, вовсе теперь никому не нужная. (4)Она хоть небольшая, церковка, а оживляла деревню (некогда сельцо), собирала её вокруг себя, далеко выставляла напоказ.
(5)Бригадир Шурыгин Николай Сергеевич постоял перед ней, подумал… (6)Подошел к стене, поколупал кирпичи подвернувшимся ломиком, закурил и пошел домой. (7)Встретившись через два дня с председателем колхоза, Шурыгин сказал:
(8)— Церква-то освободилась теперь…
(9)— Ну.
(10)— Чего с ней делать-то?
(11)— Закрой, да пусть стоит. (12)А что?
(13)— Там кирпич добрый, я бы его на свинарник пустил, чем с завода-то возить.
(14)— Это её разбирать — надо пятерым полмесяца возиться. (15)Там не кладка, а литье. (15)Черт их знает, как они так клали!
(16)— Я её свалю.
(17)— Попробуй.
(18)В воскресенье Шурыгин стал пробовать. (19)Подогнал три могучих трактора… (20)На разной высоте обвели церковку тремя толстыми тросами, под тросы — на углах и посреди стены — девять бревен…
(21)Сперва Шурыгин распоряжался этим делом, как всяким делом, — крикливо, с матерщиной. (22)Но когда стал сбегаться народ, когда кругом стали ахать и охать, стали жалеть церковь, Шурыгин вдруг почувствовал себя важным деятелем с неограниченными полномочиями. (23)Перестал материться и не смотрел на людей — вроде и не слышал их и не видел.
(24)— Николай, да тебе велели али как? — спрашивали. (25)— Не сам ли уж надумал?
(26)— Мешала она тебе?!
(27)Подвыпивший кладовщик, Михаиле Беляков, полез под тросами к Шурыгину.
(28)— Колька, ты зачем это?
(29)Шурыгин всерьез затрясся, побелел:
(30)— Вон отсудова, пьяная харя!
(31)Михаиле удивился и попятился от бригадира. (32)И вокруг все удивились и примолкли. (33)Шурыгин сам выпивать горазд и никогда не обзывался «пьяной харей», что с ним?
(34)А между тем бревна закрепили, тросы подровняли… (35)Сейчас взревут тракторы, и произойдет нечто небывалое в деревне — упадет церковь. (36)Люди постарше все крещены в ней, в ней отпевали усопших дедов и прадедов, как небо привыкли видеть каждый день, так и её…
(37)Опять стали раздаваться голоса:
(38)— Николай, кто велел-то?
(39)— Да сам он!.. (40)Вишь, морду воротит, черт.
(41)— Шурыгин, прекрати своевольничать!
(42)Шурыгин — ноль внимания. (43)И всё то же сосредоточенное выражение на лице, та же неподкупная строгость во взгляде. (44)Подтолкнули из рядов жену Шурыгина, Кланьку… (45)Кланька несмело — видела: что-то непонятное творится с мужем — подошла.
(46)— Коль, зачем свалить-то хочешь?
(47)— Вон отсудова! — велел и ей Шурыгин. (48)— И не лезь!
(49)Подошли к трактористам, чтобы хоть оттянуть время — побежали звонить в район и домой к учителю. (50)Но трактористам Шурыгин посулил по бутылке на брата и наряд «на исполнение работ».
(51)Прибежал учитель, молодой ещё человек, уважаемый в деревне.
(52)— Немедленно прекратите! (53)Чьё это распоряжение? (54)Это семнадцатый век!..
(55)— Не суйтесь не в своё дело, — сказал Шурыгин.
(56)— Это мое дело! (57)Это народное дело!.. (58)— Учитель волновался, поэтому не мог найти сильные, убедительные слова, только покраснел и кричал:
(59)— Вы не имеете права! (60)Варвар! (61)Я буду писать!..
(62)Шурыгин махнул трактористам... (63)Моторы взревели. (64)Тросы стали натягиваться. (65)Толпа негромко, с ужасом вздохнула. (66)Учитель вдруг сорвался с места, забежал с той стороны церкви, куда она должна была упасть, стал под стеной.
(67)— Ответишь за убийство! (68)Идиот...
(69)Тракторы остановились.
(70)— Уйди-и! — заревел Шурыгин. (71)И на шее у него вспухли толстые жилы.
(72)— Не смей трогать церковь! (73)Не смей!
(74)Шурыгин подбежал к учителю, схватил его в беремя и понес прочь от церкви. (75)Щуплый учитель вырывался как мог, но руки у Шурыгина крепкие.
(76)— Давай! — крикнул он трактористам,
(77)— Становитесь все под стену! -- кричал учитель всем. (78)— Становитесь!.. (79)Они не посмеют! (80)Я поеду в область, ему запретят!..
(81)— Становитесь под стену! (82)Становитесь все!..
(83)Но все не двигались с места. (84)Всех парализовало неистовство Шурыгина. (85)Все молчали. (86)Ждали…
(87)Тросы натянулись, заскрипели, затрещали, зазвенели… (88)Хрустнуло одно бревно, трос, врезавшись в угол, запел балалаечной струной. (89)Странно, что все это было хорошо слышно — ревели же три трактора, напрягая свои железные силы. (90)Дрогнул верх церкви… (91)Стена, противоположная той, на какую сваливали, вдруг разодралась по всей ширине… (92)Страшная, черная в глубине, рваная щель на белой стене пошла раскрываться. (93)Верх церкви с маковкой поклонился, поклонился и ухнул вниз…
(По В. Шукшину)