(1)Возле Новгорода лежит плоская низина, и дорога к нему идёт длинной высокой насыпью (2)В километрах пять от города дорогу пересекает река под названием Малый Волховец.
(3)Комбат, товарищ Алексеенко, говорил, что мост через эту реку построен до войны по его личному проекту, ручался, что по его мосту пройдут любые танки. (4)Но лётчики говорили, что моста нет и над рекой торчат только остатки свай.
(5)Один раз, перед Новым, помню, сорок четвёртым годом захожу в штаб, слышу, товарищ Алексеенко говорит: «Дорого бы я дал, чтобы узнать, что там торчат за сваи. (6)Если они нетреснутые и не качаются, мы бы, говорит, раза в два быстрей поставили мост». (7)Вспомнил я тут, как служил в разведке в Финскую кампанию, и попросил разрешения сходить проверить сваи. (8)Долго не соглашался товарищ Алексеенко на моё предложение, но, видно, сильно ему хотелось знать, что там за сваи, потому, наконец, командир роты и уговорил его; оставил он условие, чтобы взял я с собой солдата, понимающего мостовое дело, и пожелал успеха.
(9)Мы не стали терять времени даром. (10)Построили роту. (11)Командир объяснил задачу и велел сделать шаг вперёд тому, кто хочет добровольно пойти со мной на выполнение задания.
(12)Из строя шагнули человек пять-шесть. (13)Глянул я на них и удивился. (14)Конечно, не тому удивился, что мало вышло: у нас никогда не было, как в кино показывают, что вся часть делает шаг вперёд. (15)Это понятно: часть нестроевая, народ в основном собран пожилой, женатый, по каждому детишки дома плачут. (16)А удивился я тому, что из строя вышел человек, от которого никто такой прыти не ожидал, — вышел солдат Второго взвода Черпушкин.
(17)Щуплый такой мужичишко с мокрыми глазами, плохо заправленный — вышел и стоит, в землю смотрит. (18)Плотник он был первой руки, но славился у нас лентяем, разговаривал едко, а если и открывал рот, то говорил направо, а глядел налево. (19)Не мог я понять этого человека — так, какой-то пирожок без начинки.
(20)Не разжевав — вкуса не поймёшь
(21)Возьму-ка, думаю, его на задание.
(22)Тем более — дорожный мастер, разбирается в мостовом деле лучше нас всех. (23)И вот в ночь под Рождество отправились мы с Черпушкиным поглядеть, что осталось от моста на реке Малый Волховец.
(24)Подрубил я легонько крайнюю сваю, вижу, здоровая древесина. (25)А Черпушкин смеётся: «Разве так ты её узнаешь?» — и не успел я ответить, встаёт он во весь рост на ноги и как хряснет обухом топора по свае. (26)Загудело до самого Новгорода. (27)У меня дух занялся.
(28)«Ты что же это, с ума сошёл? — говорю. (29)— Ложись сию секунду». (30)А он: «Холодно, говорит, лежать, товарищ старшина», — и ухмыляется. (31)Тут в первый раз возникло у меня против него подозрение. (32)«Ложись, стрелять буду», — говорю я ему и припугиваю винтовкой. (33)И слышу от него в ответ странные слова: «А грех убивать живого человека». (34)Но лёг всё-таки. (35)Ну, поскольку в основном наша задача была выполнена, приказываю ему подаваться назад.
(36)Пришли ко мне в избу. (37)Пятый час утра. (38)Только сели чайком погреться — вызывают меня в штаб к комбату. (39)Я — хвать шапку, выбегаю на улицу. (40)Смотрю — шапка маленькая, одну макушку прикрывает: второпях перепутал, схватил головной убор Черпушкина. (41)«Ладно, думаю, уши опущу, не так станет холодно». (42)Опускаю уши — выпадает бумажка. (43)Поднял я её, гляжу — пропуск во вражеский тыл. (44)Тот самый, какие они тогда со своих самолётов кидали... (45)Тут весь Черпушкин для меня прояснился. (46)Вот он почему на ноги вскакивал, вот почему топором стучал. (47)Врага на себя зазывал... (48)Помню, всё во мне переворотилось, всё поплыло в глазах. (49)Захожу в избу — дрожу весь.
(50)Черпушкин как взглянул на меня, так и раскрыл рот. (51)Весь побелел — даже губы у него побелели — всё понял. (52)Бросил ему в морду бумажку поганую и побежал к комбату.
(По С. Антонову)