(1)Человеку во сне приснилась родная деревня: идёт будто он по берегу реки, бросает камешки в воду. (2)В том месте реки — затон.
(3)Тихо-тихо. (4)Никого — ни одной живой души вокруг, деревня рядом, и в деревне как вымерло всё. (5)«Что же это такое — никого нет-то?» — удивился человек и ещё бросил камень в воду. (6)Он беззвучно пошёл ко дну. (7)Человек ещё бросил — большой. (8)Камень без звука утонул. (9)Человека охватил страх — он подумал: «Что-то случилось».
(10)И проснулся. (11)И стал вспоминать. (12)Деревня... (13)Лет десять не был он там, а то и больше... (14)Вспомнились серые избы, пыльная улица, крапива у плетней, куры на завалинке, покосившиеся прясла, а за деревней — степь. (15)Да полыхает заря в полнеба. (16)Попадаются ещё небольшие озерки; вечерами вода в них гладкая-гладкая, и вся заря — как в зеркале. (17)Любилось сидеть на берегу этих маленьких озер, ни о чём не думалось... (18)Только в душу с тишиной вместе вкрадывается беспокойно-нежное чувство ко всему на свете, грустно немного, но кто-то будто шепчет на ухо, чуть слышно: подожди, подожди, дружок.
(19)Далеко-далеко проскачет табун лошадей в ночное, повиснет над дорогой в воздухе полоска пыли и долго держится. (20)И опять тихо.
(21)Что за тишина такая на земле! (22)Стихи складывались: «...Тихо в поле, устали кони. (23)Тихо в поле — зови, не зови... (24)В сонном озере, как в иконе, красный оклад зари».
(25)Заря медленно гаснет, как будто остался ты на земле совсем-совсем один. (26)Не страшно, не одиноко, только упрямо и беспокойно лезет в голову:
«Не хочу понять: зачем явился? (27)Не могу понять: зачем я есть?».
(28)Человек попытался заснуть и не мог. (29)Он потихоньку, чтоб не разбудить жену, встал, пошёл в другую комнату, включил свет и сел к столу. (30)И глубоко задумался.
(31)— Эх ты, чёрт возьми, — бормотал он, — что-то не того... (32)Старею, что ли?
(33)Было невыносимо грустно, чего-то жаль было чуть не до слёз, не сбылось как будто то, что мерещилось тогда, давно, на берегах крохотных тихих озёр...
(34)Человек — его звали Николай Иваныч — достал бумагу и сел писать давнишнему своему другу.
(35)«Друже мой, Иван Семёныч! — начал он. (36)— Здорово!
(37)Захотелось вот написать тебе, увидел сейчас во сне деревню нашу и затосковал. (38)Сижу вот и пишу ночью, как Бальзак. (39)Вспомнил я, как мы с тобой институты окончили. (40)Помнишь? (41)Приехали с дипломами... (42)Последний разок побывать на родине, нарядились, как эти... чёрт-те знает кто! (43)Шли по улице — два пижона, а пора была страдная. (44)Я помню, встретился нам Минька Докучаев, остановились, поздоровались. (45)А говорить не о чем. (46)Чужие какие-то с ним стали. (47)Помялись-помялись, он уехал, а мы пошли за деревню — прощаться с местами, где когда-то копны возили, сено гребли, телят пасли, боронили... (48)Прямо чуть не бегом бежали прощаться с тем, что нас вспоило и вскормило.
(49)Шли прощаться! (50)И давай хвастаться — какие мы умные: институты кончили, людьми стали! (51)Очень уж нас распирало тогда, что мы первые из деревни высшее образование получили, и плясали-то мы с тобой, и пели... (52)А рядом рожь несжатая стояла. (53)Может, зря мы тогда радовались-то? (54)Вот прошло уж... сколько теперь? (55)Лет восемнадцать? (56)А я их как-то и не заметил. (57)Толстел год от года.
(58)Курорты, понимаешь, санатории... (59)А жизни как-то не успел порадоваться. (60)Съехаться бы как-нибудь, а? (61)Хоть вспомнили бы детство, понимаешь. (62)Ведь есть что вспомнить! (63)А то - работа, работа... (64)Всю жизнь работаем, а оглянуться не на что. (65)Напиши как-нибудь, выбери время, одиноко мне стало вдруг, никто не поймёт, как ты. (66)Я вспомню, как мы картошку в ночном пекли, на душе потеплеет. (67)Вернуться бы опять туда, в степь: эх, Ваня, Ваня... (68)Не зря мы с дипломами-то прыгали, как думаешь? (69)Куда летом-то ездишь, в Гагры? (70)Я эти Гагры уже не могу видеть. (71)Но попробуй заикнись, что хочу, мол, в деревню к себе поехать. (72)Но я всё-таки подниму нынче восстание — будь что будет, поеду в деревню, давай спишемся — и махнём.
(73)В общем, неважнецки я живу, Иван, так вроде всё нормально, на работе хорошо, а нет-нет — засосёт что-то, тоска обуяет, как сейчас вот. (74)Николай».
(75)Николай Иваныч погасил свет, но долго ещё не мог заснуть, думал: «Письмо сгоряча накатал бестолковое, надо завтра на службе выбрать время, переписать...». (76)На службу, как всегда, Николай Иваныч пришёл тютелька в тютельку, шёл по коридору, привычно здоровался, улыбался... (77)Ему тоже улыбались: его уважали на работе. (78)Деловой вихрь закрутил Николая Иваныча, но когда первый поток посетителей и звонков схлынул, он достал ночное письмо, повертел в руках, подумал... и сунул обратно в карман. (79)Стал писать другое: «Иван Семёныч! (80)Здорово, старик! (81)Вспомнил вот, решил написать, редко же мы что-то пишем друг другу, ленимся, черти! (82)У меня всё нормально. (83)Кручусь-верчусь, то я голову кому-то мою, то мне — так и идёт. (84)В общем, не унываю, скучать некогда! (85)Куда думаешь двинуть летом? (86)Была у меня мысль: поехать нам с тобой в деревню нашу, да ведь... жёны-то бунт поднимут, а деревня частенько снится. (87)Давай, слушай, махнём куда-нибудь вместе? (88)Только не в Гагры, ну их к чёрту, на Волгу куда-нибудь? (89)Настрой у меня боевой, дела двигаются, дети растут. (90)Обнимаю, твой Николай».
(91)Вечером Николай Иваныч, пока готовился ужин, перечитал в своей комнате оба письма, перечитал и долго-долго сидел молча, потом бросил оба письма в стол и громко сказал:
— А чёрт его знает — как?
(92)— Что ты? — спросила жена. (93)— Ты ничем не расстроен?
(94)— Нет, всё в порядке. (95)Подай газеты, пожалуйста.
(По В. М. Шукшину*)
*Шукшин Василий Макарович (1929-1974) — советский кинорежиссёр, киноактёр, сценарист и писатель.