более трёх футов.
(48) Модель Ледана, которого он сразу узнал по чудесной лёгкости и простоте линий, высеченная из мрамора, стояла меж Пунком и жалким размышлением честного, трудолюбивого
Пройса, давшего тупую Юнону с щитом и гербом города.
(49) Ледан тоже не изумил выдумкой.
(50) Всего-навсего — задумчивая фигура молодой женщины в небрежно спадающем покрывале, слегка склоняясь, чертила на песке концом ветки геометрическую фигурку.
(51) Сдвинутые брови на правильном, по-женски сильном лице отражали холодную, непоколебимую уверенность, а нетерпеливо вытянутый носок стройной ноги, казалось, отбивает такт некоего мысленного расчёта, какой она производит.
(52) Геннисон отступил с чувством падения и восторга.
(53) «А! — сказал он, имея, наконец, мужество стать только художником. —
(54) Да, это искусство.
(55) Ведь это всё равно, что поймать луч.
(56) Как живёт.
(57) Как дышит и размышляет».
(58) Тогда медленно, с сумрачным одушевлением раненого, взирающего на свою рану одновременно взглядом врача и больного, он подошёл к той «Женщине с книгой», которую сотворил сам, вручив ей все надежды на избавление.
(59) Он увидел некоторую натянутость её позы.
(60) Он всмотрелся в наивные недочёты, в плохо скрытое старание, которым хотел возместить отсутствие точного художественного видения.
(61) Она была относительно хороша, но существенно плоха рядом с
Леданом.
(62) С мучением и тоской, в свете высшей справедливости, которой не изменял никогда, он признал бесспорное право Ледана делать из мрамора, не ожидая благосклонного кивка Стерса.
(63) 3а несколько минут Геннисон прожил вторую жизнь, после чего вывод и решение могли принять только одну, свойственную ему, форму.
(64) Он взял каминные щипцы и тремя сильными ударами обратил свою модель в глину, — без слёз, без дикого смеха, без истерики, — так толково и просто, как уничтожают неудавшееся письмо.
(По А. Грину*)
* Александр Грин (настоящая фамилия — Гриневский; 1880 — 1932) — русский писатель