Текст:
(57) Да, да, отец испугался!
(58) Он, всегда такой сдержанный, степенный в движениях, засуетился, стал неловко вытаскивать свою руку из-под руки женщины и даже, как показалось Генке, хотел спрятаться за колонну, которая никак не могла скрыть его, потому что она была тонкая, узкая, а отец — огромный и широкоплечий.
(59) И Генка помог отцу: он выскочил на улицу и побежал так, что даже длинноногий Жора не поспевал за ним.
(60) Но где-то на перекрёстке Генка остановился — в его ушах звучали слова:
(61) «Тебе не холодно, малыш?»
(62) Молодая женщина, которую отец закутывал в нарядный платок, была и в самом деле невысока ростом…
(63) Но Генке казалось диким, что и к ней тоже могут относиться слова, которые всегда принадлежали маме, одной только маме.
(64) Или настоящим «малышом» та женщина и была?
(65) А как же испытание машины?
(66) Значит, это неправда?
(67) А может, никакой машины вовсе и нет?
(68) Отец сказал неправду…
(69) Генка не мог понять этого, это не умещалась в его сознании.
(70) Тогда, может быть, всё неправда: и разговоры о книгах, и отцовские новости, и споры за ужином?
(71) Всё, всё неправда?!
(72) Больше всего мама волновалась, когда отцу или Генке нездоровилось — тогда всякая, даже самая пустяковая болезнь казалась ей неизлечимой.
(73) – Не беспокойся, мамочка…
(74) Я очень устал, и всё! — как никогда ласково ответил Генка.
(75) А на самом деле он просто не хотел, он не мог слышать, что сегодня скажет отец, когда мама откроет ему дверь.