(1)Буйство праздничных красок в последний раз вспыхивает в цикле «Персидские мотивы» (1924–1925). (2)Написанные в Баку об экзотической Персии (в которой Есенин так никогда и не побывал), стихи изображают причудливый восточный мир в тех же цветах, в каких юный поэт видел Русь, — в золотом и голубом: голубую оставил Русь — голубая родина Фирдуси, голубая да весёлая страна; звени, звени златая Русь, золотою лягушкой луна — в лунном золоте целуйся и гуляй.
(3)И о любви Есенин теперь пишет не грубо и откровенно, в духе «Москвы кабацкой», но с грустью и сожалением:
Шаганэ ты моя, Шаганэ!
Там, на севере, девушка тоже,
На тебя она страшно похожа,
Может, думает обо мне…
Шаганэ ты моя, Шаганэ.
(4)Эта строфа, как и большинство стихов «Персидских мотивов» (и не только они), строится по принципу композиционного кольца. (5)Постоянные анафоры, синтаксический параллелизм, другие виды повторов в поздних стихах Есенина не случайны.
(6)Основная, доминирующая интонация есенинских стихов — песенная. (7)Исследователи называют такой тип стиха напевным. (8)Современники, слышавшие авторское исполнение, свидетельствуют: поэт не просто читал, а почти пел стихи, растягивая гласные, выделяя в произведении внутреннюю мелодию. (9)Не случайно позднее на есенинские тексты было написано множество песен; некоторые из них приобрели звание «народных».
(10)В рассказе В. М. Шукшина «Верую!» герой, у которого вдруг заболела душа, приходит за помощью к деревенскому попу, но вместо ожидаемой проповеди слышит резкие, иронические разговоры и песню об опавшем клёне, предваренную мудрым замечанием: «Вот жалеют: Есенин мало прожил. (11)Ровно — с песню. (12)Будь она, эта песня, длинней, она не была бы такой щемящей. (13)Длинных песен не бывает». (14)Есенинская короткая песня стала важным, необходимым звеном русской лирики XX века.
(По И. Н. Сухих*)
* Игорь Николаевич Сухих (р. 1952) — российский литературовед, доктор филологических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета.