(1)Объявили лекцию с диспутом «О живом слове». (2)Конечно, в Тенишевском училище.
(3)Маленький зал Тенишевского училища сочувствовал студенту, который читал в длинном, не на него сшитом студенческом сюртуке. (4)Сюртук этот был коротконосим, как железные латы, и заменял мне, как Дон-Кихоту, кожаный камзол. (5)Говорил я оживлённо, поправляя свои каштановые кудри, даже от цвета которых не осталось воспоминаний.
(6)Бодуэн де Куртенэ встал и ещё до прений произнёс речь о том, что именно сегодня, в начале 1914 года, нельзя отрывать слово от смысла, как нельзя отрывать литературу от жизни. (7)Бодуэн говорил в лингвистических терминах, этим не давая себя перебить приставу, о том, что стоит за языковой политикой и как бесполезны и ничтожны попытки уничтожить языки, попытки подавлять национальные меньшинства, говорил о мщении народов. (8)Всё это сменялось отступлениями на тему, что такое язык, что такое фонема.
(9)Пристав вставал несколько раз, но недопривстал.
(10)Бодуэн де Куртенэ должен был идти в каземат Петропавловской крепости в силу приговора, вынесенного ему по политическому делу. (11)В своей речи он не только говорил о национальном угнетении, но и предсказывал, что это приведёт к заслуженной гибели империи. (12)Заключение своё, так как Петропавловка была переполнена, Бодуэн де Куртенэ отбывал в «Крестах» — большой тюрьме на Выборгской стороне. (13)Отсюда он писал академику А.А. (14)Шахматову: «…здесь то же самое, что и в большой тюрьме. (15)Разница лишь количественная, а ничуть не качественная. (16)И, пожалуй, во многих отношениях здесь как будто лучше: ясно, без обиняков, без лицемерия».
(По В.Б. Шкловскому*)
* Виктор Борисович Шкловский (1893–1984) — русский советский писатель, литературовед, критик, киновед, сценарист; один из основоположников ОПОЯЗа и формальной школы в литературоведении.