Текст:
(1) Все погибшие цивилизации успели выработать себе военное сословие, торговлю, дороги и корабли, науку, искусство и промышленную технику.
(2) Вавилония, Персия, Египет, Греция, Рим записали в историю воспоминания о многих победах, открыли несколько торговых путей и оставили потомству удивительные образцы зодчества, скульптуры, поэтического творчества или исторического изложения.
(3) Но ни одна из этих великих цивилизаций не смогла сохраниться до наших дней, несмотря на блестящие достижения, завоевания и победы.
(4) Почему же так произошло?
(5) Внешние проявления тех болезней, от которых погибли древние цивилизации, чрезвычайно различны, но существенный и основной характер этих болезней везде и всегда остаётся неизменным.
(6) Везде и всегда цивилизации гибнут оттого, что плоды их растут и зреют для немногих.
(7) Немногие наслаждаются, немногие размышляют, немногие задают себе и разрешают общественные вопросы, немногие открывают мировые законы, немногие узнают о существовании этих законов и опять-таки немногие в пользу немногих прилагают к промышленному производству открытия и изобретения, сделанные также немногими, воображавшими себе в простоте души, что они работают для всех.
(8) А в это время, в славное время процветания наук и искусств, масса людей страдает, надрывает свои силы, народ своим нелепым трудом истощает землю, медленно роет в поле могилы для себя и для своего потомства.
(9) Народные массы беднеют, тупеют, вымирают, и роскошный цвет цивилизации вянет, потому что корень оказывается подгнившим.
(10) Этот бесплодный, поверхностный и недолговечный характер цивилизаций выражается в самых разнообразных исторических формах: иногда мы видим его в теократическом господстве жрецов, в другой раз — в завоевательных стремлениях политики, далее — в несоразмерном развитии внешней торговли, потом — в фабричной деятельности, далеко превышающей естественные потребности и даже силы известной страны.
(11) Сущность всех этих явлений остаётся тождественною: предрассудки поддерживаются для выгоды немногих; войны ведутся для славы немногих; корабли плавают по морям, а караваны ходят по пустыням для обогащения немногих; фабрики удовлетворяют утончённым потребностям немногих и выдерживают ожесточённую конкуренцию, чтобы доставить барыши немногим.
(12) Во всех этих случаях рабочие руки отрываются от земли и употребляются на разные хитрые затеи в то самое время, когда большинство нуждается в простом хлебе и, если не каждый год, то по крайней мере в два года раз, терпит голод и вымирает целыми поселениями.
(13) Чем больше разводится хитрых затей и чем хитрее становятся эти затеи немногих, тем хуже обрабатывается земля, тем быстрее истощаются её производительные силы, тем меньше получается сырых продуктов, и, следовательно, тем беднее становится общество в целом своём составе.
(14) Никакая утончённость барских нравов, никакая выработанность разговорного или книжного языка, никакая философская система, никакая бессмертная поэма, даже никакое естествознание не могут удержать от неминуемого падения такую цивилизацию, которая лежит на плечах беднеющего и тупеющего народа, истощившего свою землю невежественным и нерасчётливым трудом.
(15) Все цветы погибших цивилизаций росли и распускались в ущерб благосостоянию народных масс, и поэтому нас не должно удивлять то обстоятельство, что во всех этих цивилизациях упадок с такою ужасающею быстротою следовал именно за эпохою величайшего блеска.
(16) Этот блеск сам по себе был сильнейшим выражением общественной болезни, а эпоха упадка была даже сравнительно временем облегчения для масс, потому что этим массам, дошедшим до крайней степени нищеты и бессилия, позволялось тогда по крайней мере сосредоточить своё внимание на устройстве собственных мелких делишек, о которых не заботится политическая история.
(17) Блеск и упадок, цивилизация и варварство, исторический прогресс и исторический застой — все эти слова и понятия совершенно неприложимы к многовековому прозябанию огромного большинства человеческой породы, того большинства, от которого, безусловно, зависит наше существование.
Требования:
(18) Это большинство везде и всегда стояло вне истории, но зато отсутствие его везде и всегда налагало печать бесплодия на все цивилизации, сооружавшиеся малой частью общества для собственного обихода.
(19) Везде и всегда эти цивилизации оказывались таким пустоцветом, о котором невозможно сказать ни одного доброго слова.
(20) Везде и всегда эти цивилизации, подобно роковому камню Сизифа, срывались с самой верхушки горы и скатывались в бездну в ту самую минуту, когда верхушка общества считала своё дело почти законченным и собиралась праздновать полную победу человека над дикими силами окружающего мира.
(21) Победа никогда не оказывалась полною и прочною, и триумф всегда приходилось откладывать до другого, более удобного времени.
(22) Разнообразные опыты многих веков говорят, что крепка, прочна и богата благодетельными последствиями будет только та цивилизация, которая будет улучшать быт и развивать умственные силы всех людей, составляющих данное общество.
(23) Неизбежным спутником такой прочной цивилизации и вернейшим ручательством её живучести будет развитие рационального земледелия, стремление людей жить в гармонии с природой, разумно пользуясь её благами и совершенствуя знания о её могучих силах.
(24) Это и станет непоколебимою опорою той бессмертной цивилизации, которой выпадает на долю задача сгладить навсегда позорное различие между людьми.
(По Д. И. Писареву*, текст адаптирован Е. П. Дудиной) * Дмитрий Иванович Писарев (1840–1868) — русский публицист, литературный критик.