Текст: 1) Я вскочил на ноги рывком, с трудом, вполне безотчётно преодолевая чугунную тяжесть сна.
(2) В селе звонил набат.
(3) В конце села перекликались люди:
(4) - Кто звонил?
(5) - Горит!
(6) - Малый Олепинец.
(7) Набат зазвонил увереннее, тревожнее, твёрже: старенькую сторожиху тётю Полю сменил кто-то из подбежавших мужчин.
(8) Пробегая мимо столба с колокольчиком, я услышал запыхавшиеся и как бы даже восторженные слова сторожихи:
- Гляжу, вроде деревья на небе проступили.
(9) Я на зады.
(10) Батюшки мои светы - зарево над Олепинцем!
(11) Что делать?
(12) В колокол.
(13) Руки трясутся.
(14) Не выходит по-набатному-то.
(15) Велик и непреложен закон набата: старый ли ты, усталый ли, занятой ли ты человек - бросай всё и беги на зовущий голос.
(16) Этот голос всегда означал только одно: другим людям нужна твоя немедленная, безотлагательная помощь.
(17) И бегут с топорами, с лопатами, с вёдрами.
(18) Кое-кто с вилами - на всякий случай.
(19) Неизвестно, что за беда.
(20) Не ровён час, пригодятся и вилы.
(21) И поднимается в тебе (несмотря на беду) некое восторженное чувство, что ты не один, что, случись у тебя беда, и для тебя точно так же побегут люди, потому что непреложен и велик закон набата.
(22) Вот и теперь я бегу вроде бы один в темноте, но слышу то справа, то слева тяжёлый топот и шумное дыхание.
(23) Значит, ещё бегут мужики.
(24) Бегут напропалую, не выбирая дорог в грязи и мраке.
(25) За околицей на луговине собрались в одно место все бежавшие.
(26) Все глядим туда, где в непроглядной разбойничьей черноте мокрой осенней ночи за чёрным далёким бугром, безмолвное, тёмно-красное, стоит зарево.
(27) - Ишь ты, как выбрасывает! говорят в это время в толпе.
(28) Некоторое время мы смотрим, как пульсирует красное пятно с жёлтой точкой посередине - единственное светлое пятнышко величиной с копейку в беспредельной осенней черноте.
(29) - А может, это... того, мужики... съездить?
(30) - Нам по такой грязи не доехать.
(31) Два дня лило как из ведра.
(32) Вдруг дружно, громко заговорили бабы.
(33) - Мужики, что вы стоите?
(34) Чего ждёте?
(35) Мужики, разве так полагается?
(36) - Давно уж были бы на месте, если бы сразу-то...
(37) Вон как выкидывает, вон как разъяряется!
(38) - Поезжайте, мужики...
(39) Где это видано, чтобы на пожар глядеть, а не ехать!
(40) Рази так полагается?
(41) Молча глядим на пожар.
(42) Но настроение от бабьего разговора наметилось к перелому.
(43) - А что, мужики, и правда, не поехать ли нам?
(44) - Не проехать в такую грязь.
(45) - Попробуем на грузовике.
(46) Авось...
(47) Через четверть часа (пока сшибали замок с пожарницы) наша трёхтонка по расхлябанной колее, урча, разбрызгивая грязь, повезла нас всех на пожар.
(48) Вялое, полусонное, странно окостенелое состояние нашего духа - все прошло.
(49) Мы возбудились и, нетерпеливые, стояли в кузове - все лицом к пожару, готовые на ходу выпрыгнуть из машины, чтобы бежать и действовать.
(50) От пожарища (горели сразу две избы) навстречу нашей машине бросились люди.
(51) Бабы завопили, причитая.
(52) - Слава богу!
(53) Родимые... приехали!..
(54) Выручайте, люди добрые!
(55) Обстановку оценить было нетрудно: мы - единственная реальная сила на пожаре.
(56) Кругом женщины.
(57) Один дом уже до горел.
(58) Второй дом (загоревшийся от первого) полыхал что есть мочи.
(59) Спасти его было невозможно.
(60) Надо было спасать третий дом, который ещё не загорелся, но весь раскалился от близкого огня и готов вспыхнуть в любую секунду.
(61) Народу в Некрасихе два с половиной человека.
(62) Бабы таскали вёдрами воду, чтобы поливать приготовившийся к вспышке дом, но жара мешала подбежать вплотную.
(63) - Родимые, выручайте...
(64) Христа ради, сейчас ведь примется.
(65) Но подгонять нас было не нужно.
(66) Что-то проснулось в наших олепинских мужиках, и холодок восторга от своей же дружности и слаженности приятно пробежал у меня по спине.
(67) Медный, давно не чищенный брандспойт в моих руках...