Текст: был, — выдавила она. —
(59) Он покойный, а я за него казнь от людей принимаю.
(60) Видно, у хозяйки перехватило горло и сдавило сердце.
(61) Она продолжала почти неслышно.
(62) — Одно дитё — свет в окошке, так в народе говорят.
(63) А моё дитё мне здесь свет застило.
(64) Бывало, нашкодит, я его, как курицу, под крылышко…
(65) Школу бросил — под крыло; пить взялся — обратно туда же.
(66) Всё это мне шалостями ребячьими представлялось.
(67) Только уж когда он товарищей в черные дни спокинул, когда к чужеземцу в услужение нанялся, я очнулась и вижу — ничего-то он не любит: ни родную деревню, ни мать…
(68) Ему бы, как таракану, в щель какую засунуться.
(69) Да только спутал он дом родной со щелью.
(70) Выковырнула я его, просила, молила, чтобы свою часть настигал.
(71) Послушался вроде бы, пошёл, да не туда пошёл.
(72) Хозяйка поднесла кружку ко рту.
(73) Посудина стучала о зубы.
(74) — Эх, кабы прежние годы вернуть, сызнова всё начать… — снова заговорила она, и тут до меня дошло: это она по привычке беседует сама с собой.
(75) — Ох-хо-хо, война!
(76) Многим она очи позакрывала, но многим и открыла…
(77) Ну, спи, спи, мешаю я, а путь долгой…
(78) Хозяйка ворочалась и вздыхала. а я пережидал, когла она уснёт, и пытался представить, как она провожала сына на фронт: голосила. поди, наказывала, чтобы он был не хуже людей, не позорил бы себя и родителей своих…
(По. В. П. Астафьеву)