()Жертые кувнинки аливали и стоячей поде.
(2) хло тиной и речной сыростикі
(3) Рлевшись. Николай выстирал гимнастерку и портянки, сел на песок, обнял руками колеии:
(4) Ловахии придег ридом.
(6) Мрачноват ты нличе николай)
(6) А чему же радоваться?
(7) Не вижу основания.—
(8) Какие сщё тебе основания?
(9) Живой?
(10) Живой.
(11) Ну и ридуйся.
(12) Смотри, левёк-то какой вылился!
(13) Солише, речка, кувшинки вов плаваю.
(14) Красста, да и толької
(15) Улниляюсь я тебе: старый ты соллат, почти год воюєшь, абесяких переживаний у тебя?
ак у допризывника.
(16) Ты что думаешь: сели дали нам дух!
Tar sfO ya IST (T7)RERET CRETE
18)Войне конси?
(19) Николай досалливо поморщидся, сказал:— При чем тут конси войне?
(20) Вовс я этого не думаю, иб относиться легкомысленно к тому, что произошло, я не могу. (21 )Аты именно так а относишься и делаешь вид, будто ничего особенного не случилось.
(22) Для меня ясно, что произошла катастрофа.
(23) Размеров этой катастрофы мы с тобой не знасм, но кос о чем можно погадываться.
(24) Идём мы лягый день, скоро уже Дон, а потом Сталинград...
(25) Разбили наш полк вдребезги.
(26) А что с остальными?
(27) С армией?
(28) Ясное дело, что фронт нати прорвал на широком участке.
(29) Немцы висят на хвосте, только вчера оторвались от них и всё топаем, и, кот да опрёмся, неизвестно.
(30) Ведь это же тоска - вет так идти и не знать ничего! (3])А какими глазами провожают нас жители? (В2)С ума сойти можно!
(33) Нихолай скрипнул зубами и отвернулся.
(34) С минуту он молчал, справляясь с охватившим его волнением, потом заговорил уже спокойнсе и тише —-Ото воего этого душа с телом расстаётся, а ты проповедуешь — живой, мол, ну и радуйся, солнце, кувшинки планают.. (35/Или ты к черту со своими кувшинками, мне на них смотреть-то? тошно2056)Ты вроде такого дешевого бодрячка из плохой пьески, ты даже ухитрился вон в медсанбат сходить..)
(37) Лопахин с хрустом потянулся, сказал:-Жалко, что ты со мной не пошёл.
(38) Там. Коля, есть одна такая докторша третьего ранга, что посмотришь на неё —и хоть сразу в бой. чтобы немедленно тебя ранили.
(39) Не докторша, а восклицательный знак, ей-богу!
(40) Николай молча, угрюмо смотрел на отражение белого облачка в воде, и тогда Лопахин сдержанно и зло заговорил:-*А я не вижу оснований, чтобы мне по собачьему обычаю хвост между ног зажимать.
У понятно тебе?
(41) Бьют нас?
(42) Значит, поделом бъют.
(43) Воюйте лучше)
(44) Цепляйтесь за каждую кочку на своей земле, учитесь врага бить так, чтобы заикал он смертной икотой.
(45) А если pon bonovo не умеете, — не обижайтесь, что вам морду в кровь бьют и что жители на вас неласково смотрят.
(46) Чего ради они будут нас с хлебом-солью встречать?
(47) Г овори спасибо, что хоть в глаза не плюют, и то хорошо.
(48) Вот ты, не бодрячок, объясни мне: почему немец сядет в какой-нибудь деревушке, и деревушка-то с чирей величиной, а выковыриваешь его оттуда с великим трудом, а мы Я иной раз города почти без боя сдаём, мелкой рысью уходим?
(49) Брать-то их нам же придётся или ляли занас возьмёт (SO)А происходит это потому, что воевать мы с тобой, мистер, как следует ещё не научились и злости настоящей в нас маловато.
(51) А вот когда научимся да когда в бой будем идти так, чтобы от ярости пена на губах кипела, — тогда и повернётся немец задом на восток. понятно?
(52) Я, например, уже дошёл до такого градуса злости, что плюнь на меня — шипеть слюна будет, потому и бодрый я, потому и хвост держу трубой, что злой ужасно!
(53) А ты и хвост поджал, и слезой облился: «Ах, полк наш разбили!
(54) Ах, армию разбили!
(55) Ах, прорвались немцы!»
(56) Прах его возьми, этого проклятого немца)
(57) Прорваться он прорвался, но кто его отсюда выводить будет, когда мы соберёмся с силами и ударим?
(58) Если уж сейчас отступаем и бьём -то при наступлении вдесятеро больнее бить будем!
(59) Худо ли, хорошо ли, но мы отступаем, а им и отступать не придётся: не на чем будет!
(60) Как только повернутся задом на восток —ноги сучьим детям повыдергиваем из того места, откуда они растут, чтобы больше по нашей земле не ходили.(61/Я так думаю, а тебе вот что скажу: при мне ты, пожалуйста, не плачь, всё равно слёз твоих утирать не буду, у меня руки за войну стали жёсткие - не ровен час, ещё поцарапаю тебя. —
(62) Я в утешениях не нуждаюсь, дурень, ты красноречия не трать понапрасну, а лучше скажи, когда же, по-твоему, мы научимся воевать? (634Когда в Сибири будем? — сказал Николай. протяжно переспросил Лопахин, часто моргая светлыми глазами. -
>
(64) В Си-би-ри? -
(65) Нет, дорогой мистер,шкоду далеко нам ходить учиться.
(66) Вот тут научимся, вот в этих самых степях, понятно?
(67) А
Сибирь давай временно вычеркнем из географии.
(68) Вчера мне Сашка -мой второй номер - говорит: «Дойдём до Урала, а там в горах мы с немцем скоро управимся».
(69) А я ему говорю: «Если ты, земляная жаба, ещё раз мне про Урал скажешь -бронебойного патрона не пожалею, сыму сейчас свой мушкет и прямой наводкой глупую твою башню так и собью с плеч!»
(70) Он назал говорит, пошутил.
(71) Отвечаю ему, что и я, мол, пошутил, разве по таким дуракам бронебойными патронами стреляют, да ещё из хорошего противотанкового ружья?
(72) Ну, на том приятный разговор и покончили. (По М.А. Шолохову*).* Михаил Александрович Шолохов(1905-1984) — русский советский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе