Текст:
(1) Страннее всего то, что Ольга перестала уважать свое прошедшее, даже стала его стыдиться с тех пор, как стала неразлучна с Штольцем, как он овладел ее жизнью.
(2) Узнай барон, например, или другой кто-нибудь, она бы, конечно, смутилась, ей было бы неловко, но она не терзалась бы так, как терзается теперь при мысли, что об этом узнает
Штольц.
(3) Она с ужасом представляла себе, что выразится у него на лице, как он взглянет на нее, что скажет, что будет думать потом?
(4) Она вдруг покажется ему такой ничтожной, слабой, мелкой.
(5) Она стала наблюдать за собой и с ужасом открыла, что ей не только стыдно прошлого своего романа, но и героя...
(6) Тут жгло ее и раскаяние в неблагодарности за глубокую преданность ее прежнего друга.
(7) Может быть, она привыкла бы и к своему стыду, обтерпелась бы: к чему не привыкает человек!
(8) Если б ее дружба к Штольцу была чужда всяких корыстолюбивых помыслов и желаний.
(9) Но если она заглушала даже всякий лукавый и льстивый шепот сердца, то не могла совладеть с грезами воображения: часто перед глазами ее, против ее власти, становился и сиял образ этой другой любви; все обольстительнее, обольстительнее росла мечта роскошного счастья, не с Обломовым, не в ленивой дремоте, а на широкой арене всесторонней жизни, со всей ее глубиной, со всеми прелестями и скорбями - счастья с Штольцем...
(10) Тогда-то она обливала слезами свое прошедшее и не могла смыть.
(11) Она отрезвлялась от мечты и еще тщательнее спасалась за стеной непроницаемости, молчания и того дружеского равнодушия, которое терзало Штольца.
(12) Потом, забывшись, увлекалась опять бескорыстно присутствием друга, была очаровательна, любезна, доверчива, пока опять незаконная меята о счастье, на которое она утратила права, не напомнит ей, что будущее для нее потеряно, что розовые мечты уже позади, что опал цвет жизни.
(13) Как ни наслаждалась она присутствием Штольца, но по временам она лучше бы желала не встречаться с ним более, пройти в жизни его едва заметною тенью, не мрачить его ясного и разумного существования незаконною страстью.
(14) Она бы потосковала еще о своей неудавшейся любви, оплакала бы прошедшее, похоронила бы в душе память о нем, потом... потом, может быть, нашла бы кариличную партию», каких много, и была бы хорошей, умной, заботливой женой и матерью, а прошлое сочла бы девической мечтой и не прожила, а протерпела бы жизнь.
(15) Ведь все так делают!
(16) Но тут не в ней одной дело, тут замешан другой, и этот другой на ней покоит лучшие и конечные жизненные надежды.
(17) «Зачем.., я любила?» - в тоске мучилась она и вспоминала утро в парке, когда Обломов хотел бежать, а она думала, что книга ее жизни закроется навсегда, если он бежит.
(18) Она так смело и легко решала вопрос любви, жизни, так все казалось ей ясно - и все запуталось в неразрешимый узел.
(По И.А. Гончарову*)