(1)Божеумов ворочался, ворочался, наконец поднялся: «Чтоб вас разовало, треклятые!» - зажег лампу, спросил:
Ты спишь? (2)- Тут мертвый проснется, - нехотя ответил Женька. (3)Божеумов сидел на койке в обнисшем, слишком просторном для его костлявого тела белье, сквозь ворот рубахи проглядывала ребристая грудь, лицо кривилось как от зубной боли. (4)Собаки внизу надрывались в звериной тоске. (5)- Скажи мне, - заговорил Божеумов, - но скажи откровенно, не бойся обидеть - за что ты, к примеру, не любишь меня? (6)- Ты что-то путаешь - чистые руки е чистой совестью, - возразил Женька. (7)- А разве это не одно и то же? (8)- Грязь на руках обычно от труда, так сказать, след пользы, а совесть пачкается вовсе не от полезных усилий. (9)«Не от полезных усилий…» Красивых словечек из книжек понахватался. (10)Полезному-то делу всегда кто-то крупно мешает, а раз так, то тесни его с дороги. (11)А он дорожку-то за будь здоров не уступит - упрется, да еще юшку тебе пустит. (12)А вдруг да ты ошибаешься - не того, кого нужно, потеснишь? (13)- спросил Женька. (14)- Не могуошибиться, - возравил Божеумов, - Недопустимо! (15)Ни намека на спесивость, только убеждение, выношенное, твердое, не терпящее возражений. енька даже растерялся. (16)Ну-у!… (17)Да ты бог, что ли? (18)Я маленький человек, - ответ с прежней твердостью.
что-то новенькое для тебя. (19)И - маленький человек, - повторил Божеумов упрямо. (20)- Не сам нужную линию выдумываю, мне ее указывают: так держать! (21)Мое дело проверять - по струнке идешь или на сторону тебя заносит.
ежели кого нечаянно чуть занесет, меня хотя бы, - простишь? (22)- -
Нет. (23)Даже если нечаянно? (24)Война, брат, война! (25)Враг кругом, отец родной подвести может. (26)Начни кому поблажку давать совсем распустишься. (27)Вот и ответил сам себе. (28)Что - ответил? (29)О чем недавно спрашивал: почему тебя не любят. (30)Чтой-то не пойму. (31)А что не понимать - ты в каждом врага видишь, почему все тебя другом считать должны?
кеумов долго молчал, блуждал взглядом, помаргивал на лампу, скреб грудь. (32)Выли под ок- собаки. (33)Мда-а, - протянул он наконец. (34)- А ты ведь прав, парень. (35)Молодо-зелено, а вот ведь в точку пал. (36)Время-то нынче шибко серьезное - война смертельная, а раз так - о любви не меч- Раскис я. (37)Вот видишь, как легко и просто. (38)- Легко - не легко, а распускаться не смей. (39)Взгляд Божеумова успокоился, лицо обрело обычную значительную уверенность. (40)Он полез под одеяло:
- Собаки треклятые, от них любой свихнется. (41)Эвон надрываются - душу мутит.
A.Женька поднялся, сунул ноги в сапоги, накинул шинель. (42)- Ты куда это? (43)-Собаки надрываются… (44)Вдруг да с хозяином совсем плохо. (45)Пойду проверю. (46)Ну ну… (47)Божеумов повернулся к стене.
(По В.Ф. Тендрякову*)
* Владимир Фёдорович Тендряков (1923—1984) — русский советский писатель, повесть «Три мешка сорной пшеницы».