(1)Божеумов сидел на койке в обвисшем, слишком просторном для его костлявого тела белье, сквозь ворот рубахи проглядывала ребристая грудь, лицо кривилось как от зубной боли. (2)Собаки внизу надрывались в звериной тоске. (3)- Скажи мне, — заговорил Божеумов, - но скажи откровенно, не бойся обидеть - за что ты, к примеру, не любишь меня? (4)- чистые руки с чистой совестью, - возразил Женька. (5)— А разве это не одно и то же? (6)- Грязь на руках обычно от труда, так сказать, след пользы, а совесть пачкается вовсе не от полезных усилий. (7)- «Не от полезных усилий..» Красивых словечек из книжек понахватался. (8)Полезному-то делу всегда кто-то крупно мешает, а раз так, то тесни его с дороги. (9)А он дорожку-то за будь здоров не уступит - упрется, да еще юшку тебе пустит. (10)— А вдруг да ты ошибаешься - не пово, кого нужно, потеснишь? (11)— спросил Женька. (12)— Не могу ошибиться, - возразил Божеумов, - Недопустимо! (13)Ни намека на спесивость, только убеждение, выношенное, твердое, не терпящее возражений. (14)Женька даже растерялся. (15)Ну-у!. (16)Да ты бог, что ли? (17)- Я маленький человек, - ответ с прежней твердостью. (18)- что-то новенькое для тебя. (19)— И - маленький человек, - повторил Божеумов упрямо. (20)— Не сам нужную линию выдумываю, мне ее указывают: так держать! (21)Мое дело проверять — по струнке идешь или на сторону тебя заносит. (22)- А ежели кого нечаянно чуть занесет, меня хотя бы, - простишь? (23)- Нет. (24)Даже если нечаянно? (25)Война, брат, война! (26)Враг кругом, отец родной подвести может. (27)Начни кому поблажку давать совсем распустишься. (28)Вот и ответил сам себе. (29)Что - ответил? (30)О чем недавно спрашивал: почему тебя не любят. (31)Чтой-то не пойму. (32)А что не понимать - ты в каждом врага видишь, почему все тебя другом считать должны?
кеумов долго молчал, блуждал взглядом, помаргивал на лампу, скреб грудь. (33)Выли под окм собаки. (34)Мда-а, - протянул он наконец. (35)- А ты ведь прав, парень. (36)Молодо-зелено, а вот ведь в точку попал. (37)Время-то нынче шибко серьезное - война смертельная, а раз так - о любви не мечтай.. (38)Раскис я. (39)- Вот видишь, как легко и просто. (40)- Легко - не легко, а распускаться не смей. (41)Взгляд Божеумова успокоился, лидо обрело обычную значительную уверенность. (42)Он полез под одеяло:
- Собаки треклятые, от них любой свихнется. (43)Эвон надрываются - душу мутит. (44)А Женька поднялся, сунул ноги в сапоги, накинул шинель. (45)- Ты куда это? (46)- Собаки надрываются... (47)Вдруг да с хозяйном совсем плохо. (48)Пойду проверю. (49)— Ну-ну... (50)Божеумов повернулся к стене.
(По В.Ф. Тендрякову*)
* Владимир Фёдорович Тендряков (1923—1984) — русский советский писатель, повесть «Три мешка сорной пшеницы».