(1)Учителя в тревоге - с каждым днём, жалуются они, все труднее учить детей правильной русской речи: радио и телевидение буквально обрушивают на потоки неграмотного словоупотребления, ошибок в ударениях, искаженного произношения, областных речений. (2)И самое прискорбное, что всё это исходит не только от тех, у кого берут, допустим, интервью, но и от тех, кто задаёт. (3)Журналист, захлёбываясь, рассказывает об американском путешественнике, который был, оказывается, шокирован, впервые попав на Невский проспект. (4)Думаете, имелось в виду, что улица ему не понравилась, чем-то смутила? (5)Напротив! (6)Рассказчик, как видим, полагает, что шокировать происходит от слова шок, каковой можно испытать от восторга. (7)Мемуары почему-то норовят употреблять в единственном числе, а к альтернативе все непременно прибавляют «другая», нисколько не смущаясь от того, что получится чистейшее масло масляное. (8)А волеизъявление вместо волеизлияния? (9)А неприкасаемый вместо неприкосновенный? (10)Засилие поставленных к месту и не к месту «апеллировать, манкировать, дефицит, регион, реальность» просто удручает, и поневоле вспоминаешь Чехова, сто лет назад потешавшегося над тем, кто хочет свою образованность показать и потому говорит всякие непонятные слова. (11)Могут сказать: вот уж нашли главную беду. (12)Оглянитесь, дескать, вокруг себя - бескультурье выплёскивается на улицы! (13)Перехватывает дыхание! (14)А вы о чём? (15)Да о том же - замусоренная, изуродованная речь разве не то же самое, что захламлённые берега рек, из которых нельзя пить воду, исписанные всякой мерзостью стены?..
(По И. Овчинниковой*)
* Ирина Овчинникова — российский журналист, публицист.