(1) Говорят, что люди, которые долго живут вместе, становятся похожими друг на друга.
(2) Мои родители были похожи.
(3) Это было особенно заметно на цветной фотографии, которая висела у нас над диваном.
(4) Отец и мама, оба загорелые, белозубые, оба в васильковых тренировочных костюмах, пристально глядели вперед, вероятно на человека, который их фотографировал.
(5) Мне даже казалось иногда, что это звучащая фотография, что я слышу их жизнерадостные голоса.
(6) Мои родители были очень добросовестными людьми: если объявляли воскресник, они приходили во двор самыми первыми и уходили самыми последними; если на демонстрации в день праздника затевали песню, они не шевелили беззвучно губами, как это делают некоторые, а громко и внятно пели всю песню от первого до последнего куплета; ну, а если фотограф просил их улыбнуться, всего-навсего улыбнуться, они хохотали так, будто смотрели кинокомедию.
(7) Да все в жизни они делали как бы с перевыполнением.
(8) И это никого не раздражало, потому что все у них получалось естественно, словно бы иначе и быть не могло.
(9) Я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете!
(10) Мне казалось, я имел право на проступки и ошибки, потому что отец и мама совершили столько правильного и добросовестного, сколько могло бы быть запланировано на пять или даже на целых десять семей.
(11) Мама и отец очень часто ездили в командировки: они вместе проектировали заводы, которые строились где-то очень далеко от нашего города, в местах, называемых «почтовыми ящиками».
(12) Я оставался с бабушкой.
(13) Мои родители были похожи друг на друга, а я был похож на бабушку – на мамину маму.
(14) И не только внешне.
(15) Конечно, бабушка была счастлива за свою дочь, она гордилась ее мужем, то есть моим отцом, но, как и я, то и дело опрокидывала законы наследственности.
(16) Мама и отец старались закалить нас, навсегда избавить от простуд и инфекций (сами-то они даже гриппом никогда не болели), но мы с бабушкой сопротивлялись.
(17) Мы не желали обтираться ледяной водой, вставать по воскресеньям еще раньше, чем в будни, чтобы идти на лыжах или отправляться в туристические походы.
(18) Мои родители то и дело обвиняли нас обоих в нечеткости: мы нечетко дышали во время гимнастики, нечетко сообщали, кто звонил маме и отцу по телефону и что передавали в последних известиях, нечетко выполняли режим дня.
(19) Проводив маму с отцом в очередную командировку, мы с бабушкой тут же, как заговорщики, собирались на экстренный совет.
(20) Невысокая, сухонькая, с коротко подстриженными волосами, бабушка напоминала хитрого, озорного мальчишку.
(21) А этот мальчишка, как говорили, сильно смахивал на меня.
(22) – Ну-с, сколько денег мы откладываем на кино? – спрашивала бабушка.
(23) – Побольше! – говорил я.
(24) И бабушка откладывала побольше, потому что любила ходить в кино так же сильно, как я.
(25) Сразу же мы принимали и другое важное решение: обедов и ужинов не готовить, а ходить в столовую, которая была в нашем доме, на первом этаже.
(26) Я очень любил обедать и ужинать в столовой.
(27) Там мы с бабушкой тоже вполне находили общий язык.
(28) – Ну-с, первого и второго мы не берем? – иногда говорила бабушка.
(29) В столовой мы часто обходились без супа и даже без второго, но зато неизменно брали селедку и по две порции желе в металлических формочках.
(30) Нам было вкусно, и мы экономили деньги на кино!..
(31) Мы с бабушкой были «неправильными» людьми.
(32) И это нас объединяло.
(33) В неблагополучных семьях родители, уехав из дому, вообще не присылают писем, в благополучных пишут примерно раз или два в неделю, – мы с бабушкой получали письма каждый день.
(34) Мои родители соблюдали строгую очередность: одно письмо – от отца, другое – от мамы, одно – от отца, другое – от мамы…
(35) Порядок ни разу не нарушался.
(36) В конце письма неизменно стояла дата и чуть пониже всегда было написано: «8 часов утра».
(37) Значит, отец и мама писали после своей утренней пробежки и перед работой.
(38) – Фантастика! – сказала однажды бабушка.
(39) – Хоть бы раз перепутали очередь!..
(40) Я не мог понять: восторгается она моими родителями или в чем-то их упрекает.
(41) Это было отличительной бабушкиной чертой: по ее тону часто нельзя было определить, шутит она или говорит всерьез, хвалит или высмеивает.
(42) О себе отец и мама писали мало: «Работаем, по вечерам изучаем английский язык…»
(43) Они изучали его самостоятельно и время от времени устраивали друг другу экзамены.
(44) Это меня поражало: никто их не заставлял, никто им не ставил отметок, а они готовились, волновались, писали диктанты.
(45) Сами!
(46) По своей собственной воле!
(47) Мы всегда особенно горячо восхищаемся поступками, на которые сами не способны, – я восхищался своими родителями.
(48) Рассказав о себе в первых трех строчках, они потом на трех страницах давали нам с бабушкой всякие разумные советы.
(49) Мы редко следовали этим советам, но письма читали и перечитывали с большим удовольствием: о нас помнили, о нас заботились…
(50) А это всегда так приятно!
(51) В ответ мы с бабушкой предпочитали посылать открытки, которые на почте называли «художественными».
(52) Мы были убеждены, что рисунки и фотографии вполне искупают краткость наших посланий.
(По А. Г. Алексину*)
По Алексину А. Г.