Текст сочинения:
(1) Не знаю, любил ли я отца в ранние годы своей жизни.
(2) Но отец возбуждал моё любопытство, будил фантазию.
(3) Каждое утро он исчезал куда-то и появлялся лишь под вечер.
(4) То, куда он исчезал, называлось службой.
(5) Эта его служба казалась мне воротами в огромный, захватывающий дух простор жизни.
(6) Отец был путешественником, который с каждодневным, неиссякаемым бесстрашием исчезал в неведомом.
(7) И меня тянуло за ним…
(8) У нас в коридоре, наискось от окна, глядевшего на закат, находился чулан.
(9) Две стены у него были настоящие, а две — дощатые, оклеенные обоями.
(10) Когда мысль о путешествии овладела мною, благородная крутизна этих двух стен увиделась мне бортами корабля.
(11) Небо за окном обернулось морем.
(12) Увенчанный башенкой купол церкви, стоявшей напротив нашего дома, стал чем угодно: маяком, островом, городом, пиратским судном, а сам я капитаном, готовым вести свой корабль в таинственную страну на розыски моего отца.
(13) Я читал лишь одну, самую неромантическую книгу о путешествиях — «Робинзон Крузо»,
(14) Книгу, наполненную мелочной заботой об одежде, еде, хозяйственной утвари.
(15) Возможно, другой человек выносит из этой книги простор, полёт, ветер.
(16) Но я, что соответствовало, видно, моей комнатной природе и убогому реализму воображения, помнил лишь её «хозяйственную» сторону: бесконечный прейскурант всевозможных вещей и продуктов, частью созданных, частью выловленных Робинзоном в море, найденных им на затонувших и потерпевших крушение кораблях.
(17) Мне и сейчас эта книга представляется гимном торжествующему быту.
(18) Я не догадывался о том, что чувствует человек в море, между звёздами и грозными ночными волнами, но я хорошо знал, какая полезная штука — примус.
(19) Без примуса я не мог выйти в плавание.
(20) И я мастерил примус из консервной банки, проволочки и пуговицы.
(21) Справившись с этим, я приступил к дальнейшим сборам.
(22) Я запасал питьевую воду, галеты, масло, солёную рыбу, спички, свечи, одежду, спальные мешки, бумагу, карандаши, почтовые марки.
(23) Можно отплывать.
(24) Я уже собирался отдать команду, но тренькнул звонок, хлопнула дверь, и мимо борта моего корабля, размахивая толстым, таинственно и туго набитым портфелем, быстро прошёл отец: лёгкий, бодрый, со смугловатым, будто обдутым южным ветром, лицом.
(25) Он вернулся, вернулся сам, не дождавшись меня, из далёкой страны…
(26) И был день, когда отец снова не дождался меня; я был нужен ему, он звал меня, звал последним зовом, и я не поднял обвисших парусов.
(27) И тогда, так и не дождавшись, он ушёл в то последнее далёко, откуда уже нет возврата…
(28) Отец был самым сильным.
(29) Однажды на даче наши гости устроили состязания по борьбе.
(30) Отец вышел победителем.
(31) Отец был самым быстрым.
(32) Он опередил в беге всех, кроме длинноногого преподавателя математики.
(33) Отец был самым находчивым.
(34) Купив на станции огромный арбуз, он три километра до нашей дачи катил его по дороге.
(35) Правда, когда арбуз взрезали, его хрустко разломившийся шар оказался наполненным лишь розовой водой, но это не имело значения.
(36) Некоторая противоречивость моих наблюдений меня не смущала.
(37) Меня нисколько не удивило, что мой силач отец не мог донести со станции арбуз и вынужден был катить его по земле; что за второе место в беге он заплатил маленьким сердечным припадком.
(38) Я не играл с собой, я действительно не видел ни его малого роста, ни слабости, ни робких неумелых рук.
(39) То, что я видел, поддерживалось легендой об отце.
(40) Отец был самым храбрым: он заслужил два Георгиевских креста в Первую мировую войну.
(41) Он ходил в штыковую атаку, он заменил в бою убитого командира…
(42) Таким я запомнил отца навсегда.
(43) Он поселился в моей душе, и ничто не могло его потеснить.
(44) Он для меня силач, храбрец, герой, победитель, которым нельзя не восхищаться.
(45) Но когда я повзрослел, появилось нечто такое, что делало моё чувство много богаче: тонкая, чуть болезненная нежность.
(По Ю.М. Нагибину*)
* Юрий Маркович Нагибин (1920-1994) — русский советский писатель, журналист и прозаик, сценарист, автор мемуаров.