(1) Я с нетерпением поджидал лета, следя за его приближением по хорошо мне известным признакам.
(2) Важным признаком весны-лета было появление рыжего маляра.
(3) Он появлялся всегда внезапно и говорил мрачно, покачиваясь:
(4) – Ну, и где у вас тут чего?..
(5) Потом начинал сдирать замазку и сердито мурлыкать под нос:
(6) И-ах и те-мы-най ле-сом…
(7) Да йехх и те-мы-на-ай ле-сом…
(8) И пел все громче.
(9) И потому ли, что он только всего и пел, что про темный лес, или потому, что вскрякивал и вздыхал, взглядывая свирепо исподлобья, – маляр казался мне очень страшным.
(10) Потом мы его хорошо узнали, когда он оттаскал моего приятеля Ваську за волосы.
(11) Так было дело.
(12) Маляр поработал, пообедал и полез спать на крыше сеней, на солнышке.
(13) Помурлыкав про темный лес, где «сы-тоя-ла ах да и со-сенка», маляр заснул, ничего больше не сообщив.
(14) Тогда я наклонился к уху маляра и дрожащим тоненьким голосом запел:
(15) И-ах и в те-мы-ном ле-сэ…
(16) Васька предложил приняться за маляра как следует.
(17) И мы принялись-таки.
(18) Васька приволок ведро с краской и выкрасил маляру пятки, потом присел на корточки и затянул над самым маляровым ухом песенку, которую с удовольствием подхватил и я.
(19) Маляр заворочался, зевнул и проснулся.
(20) Я махнул в слуховое окошко, а Васька поскользнулся и попал маляру в лапы.
(21) Маляр оттрепал Ваську и грозил окунуть в ведерко, но скоро развеселился, гладил по спине Ваську и приговаривал:
(22) – А ты не реви, дурашка.
(23) Такой же растет у меня в деревне.
(24) С того случая маляр сделался нашим другом.
(25) Он пропел нам всю песенку про темный лес, как срубили сосенку, как «угы-на-ли добра молодца в чужу-дальнюю сы-торонуш-ку!..»
(26) Хорошая была песенка.
(27) И так жалостливо пел он ее, что думалось мне: не про себя ли и пел ее?
(28) Пел и еще песенки – про «темную ноченьку, осеннюю», и про «березыньку», и еще про «поле чистое»…
(29) Впервые тогда почувствовал я неведомый мне дотоле мир – тоски и раздолья, таящийся в русской песне, неведомую в глубине своей душу родного мне народа, нежную и суровую, прикрытую грубым одеянием.
(30) Тогда в ворковании сизых голубков, в унылых звуках маляровой песни приоткрылся мне новый мир – и ласковой и суровой природы русской, в котором душа тоскует и ждет чего-то…
(31) Тогда-то, на ранней моей поре, – впервые, быть может, – почувствовал я силу и красоту народного слова русского, мягкость его, и ласку, и раздолье.
(32) Просто пришло оно и ласково легло в душу.
(33) Потом – я познал его: крепость его и сладость.
(34) И все узнаю его…
(По И.С.Шмелёву)
Шмелёв Иван Сергеевич - русский писатель, публицист, православный мыслитель. (Из московского купеческого рода Шмелёвых, представитель консервативно-христианского направления русской словесности).