(1) Мы задержались в школе, и, когда вышли на улицу, уже смеркалось.
(2) Снегу навалило до половины валенка.
(3) Я забеспокоился, зная, как жестоки наши степные сибирские метели, какие беды они могут принести.
(4) И скоро началось то, чего я опасался.
(5) Снежинки вдруг закружились в таком танце, что через несколько минут началась настоящая пурга, вскоре перешедшая в большой буран.
(6) Узенькую дорожку, которая вела в наше село, то и дело засыпало снегом, а потом она и совсем пропала.
(7) Будто из-под ног её украл кто-то очень недобрый.
(8) Я испугался и не знал, что делать дальше.
(9) Ветер свистел на все лады, чудились волки.
(10) И вдруг в вое ветра я услышал спокойный голос матери: «Не бойся, тебе надо зарыться в снег».
(11) Я так отчётливо слышал голос моей матери, отлично зная, что маминым голосом я разговариваю сам с собой в моём воображении…
(12) Мы вырыли пещерку и всю ночь просидели, рассказывая друг другу разные истории.
(13) А утром, пробив дыру на свободу, мы отправились домой.
(14) Открыв дверь, я бросился к маме.
(15) Бросился и — что было, то было — заплакал.
–
(16) Да о чём ты?
(17) Переобувайся да живо за стол, — сказала мать, ничего не спросив о минувшей ночи.
(18) Приехал отец.
(19) Он хвалил меня, обещал мне купить маленькое, но настоящее ружьё.
(20) Он удивлялся моей находчивости.
(21) А мать?..
(22) Мать сказала: «Парню тринадцатый год, и странно было бы, если бы он растерялся в метель да себя с товарищами не спас».
(23) Вечером мы остались с бабушкой вдвоём.
(24) Мать ушла на станцию, к фельдшеру.
(25) Сказала, что угорела — болит голова.
(26) С бабушкой мне всегда было легко и просто.
(27) Я спросил её: «Бабушка, хоть ты скажи мне правду: почему мать не пожалела меня?
(28) Неужели я в самом деле такой нестoящий?».
–
(29) Дурень ты, больше никто! — ответила бабушка. —
(30) Мать всю ночь не спала, ревела, как умалишённая, с собакой по степи тебя искала, колени обморозила...
(31) Только ты ей, смотри, об этом ни гугу!
(32) Вскоре вернулась мать.
(33) Она сказала бабушке: «Фельдшер дал порошки от головы.
(34) Говорит, чепуха, скоро пройдёт».
(35) Я бросился к матери и обнял её ноги.
(36) Сквозь толщу юбок я почувствовал, что её колени забинтованы.
(37) Но я даже не подал виду.
(38) Я никогда ещё не был так ласков с нею.
(39) Я никогда ещё так не любил свою мать.
(40) Обливаясь слезами, я целовал её обветренные руки.
(41) А она погладила меня по голове и ушла, чтобы лечь.
(42) Видимо, стоять ей было трудно.
(43) Так растила и закаливала нас наша любящая и заботливая мать.
(44) Далеко смотрела она.
(45) И худого из этого не получилось.
(46) Мой брат теперь дважды Герой.
(47) И про себя я кое-что мог бы сказать, да матерью строго-настрого наказано как можно меньше говорить о себе.
(По Е. А. Пермяку) *
* Пермя'к Евгений Андреевич (настоящая фамилия — Виссов) (1902 — 1982) — русский советский писатель.
По Пермяку Е. А.