(1) В 1949 году во время Первого конгресса сторонников мира в Париже я выступал перед журналистами.
(2) Один из них спросил меня, как я отношусь к статье, напечатанной в российской газете, где Мольер назван слабым драматургом, что особенно ясно, когда смотришь пьесы Островского.
(3) Я ответил, что статьи не читал, но если она действительно напечатана, то ее автор не очень сведущ в литературе, да и умом не блещет.
(4) С тех пор многое изменилось, но подлинное раболепство, низкопоклонство еще не исчезло.
(5) Недалеко от дома, где я живу, стоит небольшой бюст А.П. Чехова.
(6) Памятник поставили в 1954 году.
(7) Несколько лет спустя он оброс репейником, крапивой, чертополохом.
(8) Напрасно я уговаривал местные власти расчистить место вокруг памятника, посадить цветы.
(9) Ко мне приехали две француженки, корреспондентки «Юманите».
(10) Одна из них говорила по-русски.
(11) По дороге они стали фотографировать памятник Чехову.
(12) Сопровождающий удивился: «Выходит, во Франции Чехова знают...»
(13) Француженка ответила: «
(14) Конечно.
(15) Но я думала, что его знают и в России», — она показала на заросли крапивы.
(16) На следующий день я увидел вокруг памятника анютины глазки.
(17) Комплекс неполноценности часто связан с комплексом превосходства, и человек, не уверенный в себе, сплошь и рядом держится надменно.
(18) Наш народ создал великие произведения искусства, оказался впереди всех в некоторых областях науки, выиграл Великую войну.
(19) Конечно, у нас много непроезжих дорог, коммунальных квартир, дурной живописи или бескультурья, стыдится этого перед иностранцами не приходится.
(20) Стыдиться нужно перед собой, стыдиться и бороться за повышение жизненного уровня.
(21) Никого не принизит уважение к культуре других стран, в том числе и тех, где до сих пор царят доживающие свой век порядки.
(22) Народы этих стран живы; они не только давали в прошлом, они дают и поныне больших ученых, писателей, художников.
(23) Раболепствовать могут люди, еще не освободившиеся от психики раба.
(24) А чувство собственного достоинства не имеет ничего общего с чванством полураба, полузазнайки.
По Эренбургу И.