(1) Мне в детстве повезло.
(2) Очень повезло.
(3) Литературе обучал меня странный и умный человек.
(4) Странный потому, что вел он уроки с нарушением всех педагогических методик и инструкций.
(5) Начал он с того, что положил перед собою карманные часы и заставил нас читать вслух из «Хрестоматии».
(6) Каждый ученик читал минуту, и через минуту следовал приговор:
Ничего.
(7) Для второго класса годен.
(8) На каком языке говоришь?
(9) На русском?
(10) Это тебе кажется…
(11) Что ты читаешь? «Богатыри Невы»? «Богатыри - не вы!» Значит, не ты, не вон тот, что в носу ковыряет и палец скоро сломит…
(12) Ясно?
(13) Ни черта не ясно!
(14) Чтобы Лермонтова понять - любить его надо.
(15) Любить, как мать, как родину.
(16) Сильнее жизни любить.
(17) Как любил учитель из Пензенской губернии…
(18) И он рассказал.
(19) Узнавши о гибели Лермонтова, учитель из глухого пензенского села в одну ночь написал стихотворение «На смерть поэта», а сам пошел после этого и повесился.
(20) В ту ночь свирепо буря бушевала,
Ревела на высотах Машука.
(21) Казалось, что Россия отпевала
Поручика Тенгизского полка.
(22) Так я и не знаю, был или не был учитель в Пензенской губернии, из потрясения и горя которого вылилось единственное стихотворение.
(23) Но Лермонтова с тех пор люблю, как мать, как родину.
(24) Больше жизни люблю…
(25) На другом уроке литературы мы проходили Некрасова, и наш учитель, к этой поре окончательно сломивший сопротивление буйного класса пятого «Б», в полной и благоговейной тишине рассказывал:
Одна девочка зубрила стихотворение «Железная дорога».
(26) Помните: «Труд этот, Ваня, был страшно громаден, не по плечу одному.
(27) В мире есть царь, этот царь беспощаден - голод названье ему»?
(28) Изумительно! - Учитель повернулся к окну, снял очки, проморгался и махнул рукой: - Ни черта вы не помните!
(29) Так вот, в то время, когда учила девочка стихотворение, на печке лежал древний дед.
(30) Слушал он, слушал да свесился с печи и спрашивает: «Что это ты, внучка, бормочешь и бормочешь?
(31) Деду спать не даешь!» - «Стихотворение учу, дедушка, - ответила внучка, - стихотворение поэта Некрасова…» - «А-а! - махнул рукой дед. - Поразвелось этих поэтов.
(32) Ни складу у них, ни ладу.
(33) Вот ране поэты были, так поэты.
(34) Я неграмотный, а наизусть стих какого-то поэта знаю: „Поздняя осень, грачи улетели, лес обнажился, поля опустели, только не сжата полоска одна, грустную думу наводит она“».
(35) Много разных историй говорил нам учитель.
(36) Про Некрасова, может быть, он выдумал, а может, и вычитал где.
(37) Но я помню все так, как рассказывал учитель, и если эта притча известна, пусть простят меня за повторение.
(38) Однако, думается мне, такие истории нынче напоминать почаще надобно.