(1) Когда я отмечал свой восьмой день рождения, бабушка подарила мне толстую тетрадь и сказала:
(2) «Вот тебе альбом, записывай в него все, что тебе покажется умным и хорошим; и пусть каждый из нас напишет тебе что-нибудь на память».
(3) Раньше мне дарили только игрушки, а тут я впервые получил настоящий «взрослый» подарок.
(4) Тетрадь была красивая, с плотными мелованными листами, в синем сафьяновом переплёте, но, несмотря на свою красоту и «взрослость», она показалась мне тогда абсолютно ненужной вещью.
(5) Мне так хотелось оловянных солдатиков, о которых я давно мечтал!
(6) Они даже по ночам мне снились, новенькие, блестящие, в парадных мундирах, с острыми саблями на боку и чёрными винтовками за плечами.
(7) Как раз таких я видел каждый день в витрине магазина на соседней улице.
(8) И вдруг — альбом.
(9) Какая скучища!
(10) Я молча принял нежданный подарок и, положив его на каминный столик, занялся своими старыми игрушками.
(11) Дедушка, сидевший в это время у камина, внимательно наблюдал за мной.
(12) Конечно, он сразу заметил моё разочарование и понимающе улыбнулся.
(13) Потом подошёл, потрепал меня по щеке, взял мою сафьянную тетрадь и написал на первой странице:
(14) «Если хочешь счастья, не думай о лишениях; учись обходиться без лишнего».
(15) Да, хорошо ему было говорить:
(16) «Не думай»…
(17) А мне, тогда ещё совсем ребёнку, было до слез обидно, но пришлось примириться…
(18) Я тогда и не заметил, как глубоко меня задел этот постылый жизненный совет, данный мне дедом.
(19) Сначала я и слышать о нем не хотел; это была прямая насмешка надо мною и над моими солдатиками.
(20) Но позднее…
(21) И потом еще много спустя…
(22) У меня было так много лишений в жизни.
(23) И всегда, когда мне чего-нибудь остро недоставало или когда приходилось терять что-нибудь любимое, я думал о сафьяновой тетради и об изречения деда.
(24) Я и сейчас называю его «правилом счастья» или «законом оловянного солдата».
(25) Кажется, тут замешана и сказка Андерсена: «Стойкий оловянный солдатик»: храбрый был малый — прошел через огонь и воду, и даже глазом не моргнул.
(26) Способность легко переносить заботы и легко обходиться без того, чего не хватает, входит в искусство жизни.
(27) Если человек хочет стойко сносить лишения, от него требуется выполнение двух условий.
(28) Во-первых, у него должна быть в жизни некая высшая, всё определяющая ценность, которую он действительно больше всего любит и которая на самом деле заслуживает этой любви.
(29) Нельзя терять священное и существенное в жизни, то главное, ради чего мы живём, перед чем всё остальное бледнеет и отходит на задний план.
(30) Но всё несущественное, повседневное, все мелочи жизни не должны нас ослеплять, связывать, обессиливать и порабощать.
(31) И во-вторых, человеку нужна способность сосредоточивать свое внимание, свою любовь, свою волю и свое воображение — не на том, чего не хватает, чего он «лишен», но на том, что ему дано.
(32) Кто постоянно думает о недостающем, тот будет всегда голоден, завистлив и заряжен ненавистью.
(33) Тот же, кто умеет с любовью вчуствоваться и вживаться в дарованное ему, тот будет находить в каждой жизненной мелочи новую глубину, красоту и радость жизни.
(34) Диогену довольно было простого луча солнца. Чтобы пережить полноту и радость бытия.
(35) Благодаря лишениям выковывается характер, по-суворовски воспитывается в людях воля к победе, лишения учат самоуглублению.
(36) Они могут принести человеку истинное богатство, которое он иначе не постигнет.
(37) И я не ропщу на лишения и утраты, постигшие меня в жизни.
(38) Но о моей синей сафьяновой тетради, научившей меня когда-то «закону оловянного солдатика», я вспоминаю с благодарностью.
(39) Эта удивительная вещь отняла у меня когда-то желанную игрушку, но открыла мне доступ к истинному богатству.