(1) Когда мне было лет шесть, наверное, или шесть с половиной, я совершенно не знал, кем же я в конце концов буду на этом свете.
(2) То у меня разгорался аппетит выучиться на такого художника, который рисует на уличном асфальте белые полоски для мчащихся машин.
(3) А то мне казалось, что неплохо бы стать отважным путешественником и переплыть все океаны на утлом челноке, питаясь одной только сырой рыбой.
(4) А на другой день мне уже приспичило стать боксёром, потому что я увидел в телевизоре розыгрыш первенства Европы по боксу.
(5) Как они молотили друг друга – просто ужас какой-то!
(6) А потом показали их тренировку, и тут они колотили уже тяжёлую кожаную «грушу» – такой продолговатый тяжёлый мяч; по нему надо бить изо всех сил, лупить что есть мочи, чтобы развивать в себе силу удара.
(7) И я тоже решил стать самым сильным человеком во дворе.
(8) Я сказал папе:
– Папа, купи мне боксёрскую грушу!
(9) Буду тренироваться и стану боксёром.
–
(10) Нечего тратить на ерунду деньги, – ответил папа. –
(11) Тренируйся уж как-нибудь без груши.
(12) И он оделся и пошёл на работу.
(13) А мама сразу же заметила, что я обиделся, и постаралась мне помочь.
(14) Она достала из-под дивана большую плетёную корзинку, где были сложены старые игрушки, и вынула из неё здоровущего плюшевого мишку.
–
(15) Вот.
(16) Хороший мишка, отличный.
(17) Погляди, какой тугой!
(18) Чем не груша?
(19) Давай тренируйся сколько душе угодно!
(20) Я очень обрадовался, что мама так здорово придумала.
(21) И я устроил мишку поудобнее на диване, чтобы мне сподручней было тренироваться и развивать силу удара.
(22) Он сидел передо мной такой шоколадный, и у него были разные глаза: один его собственный – жёлтый стеклянный, а другой большой белый – из пришитой пуговицы от наволочки.
(23) Но это было неважно, потому что мишка смотрел на меня своими разными глазами и обе лапы поднял кверху, как будто он уже заранее сдаётся...
(24) И я вдруг вспомнил, как давным-давно я с этим мишкой ни на минуту не расставался, повсюду таскал его за собой, и сажал его за стол рядом с собой обедать, и спать его укладывал, и укачивал его, как маленького братишку, и шептал ему разные сказки прямо в его бархатные твёрденькие ушки, и я его любил тогда, любил всей душой, я за него тогда жизнь бы отдал...
(25) И вот он сидит сейчас на диване, мой бывший самый лучший друг, настоящий друг детства, а я хочу тренировать об него силу удара...
–
(26) Что с тобой? – спросила мама, приоткрыв дверь.
(27) А я не знал, что со мной, я задрал голову к потолку, чтобы не видно было слёз, и сказал:
– Я раздумал быть боксёром.
По Драгунск В.Ю.