(1) мы сидели на майском берегу, под щедро распустившимся летним солнцем, у тонкой реки и быстрой воды.
(2) вода называлась истье, а недалекая деревня – истцы.
(3) вдруг корин, друг отца, выступил с заманчивой идеей:
– захар, а помнишь?
(4) мы с тобой катались на велосипедах через лес в старые монастыри?
(5) давай сплавимся туда по реке?
(6) на велосипедных колесах туда добираться полчаса.
(7) а по речке часа за два, ну, за три спустимся.
(8) полюбуемся местными красотами.
(9) вода в истье была ласковой и смешливой.
(10) деревень вдоль реки не было.
–
(11) ты сплавлялся туда? – спросил отец.
–
(12) в том-то и дело, что никогда, у меня и лодки нет.
(13) а ведь очень любопытно было бы!
(14) у монастырей, – продолжал корин, – как раз нынче стоят лагерем знакомые археологи.
(15) они, во-первых, обрадуются нам, неожиданно спустившимся по реке, и, во-вторых, легко доставят нас обратно на машине.
–
(16) на чём поплывём? – спросил отец.
–
(17) автомобильные камеры, числом две! – ответил корин.
–
(18) сплаваем, сынок? – посоветовался отец.
(19) мы спустили чёрные камеры в прозрачную воду.
(20) это было прекрасно: уже нежаркий, пятичасовой, такой милый и лопоухий день, блики на воде, стремительное скольжение вперёд.
(21) когда отец толкал колесо, я чуть повизгивал от счастья, которое переполняло меня.
(22) река петляла, словно пыталась сбежать и спрятаться от кого-то.
(23) монастыри всё не показывались.
(24) на солнце стали наползать вечерние тягучие тучи.
(25) появились комары.
(26) я стал замерзать.
(27) корин отстал.
(28) прошло, наверное, часа три или больше.
(29) налетел ветер, лес нахмурился и навис над нами, втайне живой, но ещё молчащий.
(30) отец решил идти вперёд: в лесу без спичек с ребёнком делать нечего, а назад, поди, уже добрые шесть часов ходу.
(31) холод клокотал уже в груди.
(32) отец наклонялся ко мне и грел своими руками, грудью, дыханием.
(33) ещё несколько часов мы двигались почти беззвучно, я старался не смотреть на возвышавшийся с обеих сторон лес, чтобы не встретиться с кем-нибудь глазами.
(34) мне было холодно и страшно.
–
(35) посмотри-ка, вон видишь впереди огонёк?
(36) и похоже это на окошко, – сказал отец.
(37) я вцепился в этот огонёк глазами, как в поплавок.
(38) может, только через полчаса огонек стал явственно различим.
(39) он был впаян в чёрный дом, стоявший на высоком берегу.
(40) впервые за шесть или семь часов мы вышли на берег.
(41) берег был остро-каменистый, идти по нему я не мог.
(42) отец взял меня на руки и тихо пошёл вверх.
(43) хозяином избы оказался дед, поначалу смотревший на нас с опаской.
(44) трудно в ночи довериться двум почти голым людям: мальчику, по груди и плечам которого была ровно размазана кровавая кашка из комарья и мошкары, и огромному мужчине.
–
(45) спускались к старым монастырям, думали, что по воде столько же, сколько посуху, – и не успели засветло, – пояснил отец.
–
(46) вы из истцов? – догадался хозяин. –
(47) здесь река петляет так, что по воде до монастырей будет пять пеших дорог.
(48) заходите.
(49) куда ж вам с ребёнком!
(50) меня уложили в кровать, отец закутал меня в одеяло.
(51) в кровати было почти хорошо, мирно, сладостно.
(52) я всё ждал, что отец ляжет рядом и мир, отсыревший, чужой и шероховатый, как кора, наконец, исчезнет вовсе, а на смену придёт мир сонный и тёплый.
(53) рядом с папой никакие беды были не страшны.
–
(54) сынок, надо мне корина искать, – сказал отец негромко. –
(55) мало ли что с ним.
(56) а то лежит там дядя олег, никто не поможет ему.
(57) корин нашёлся на берегу, он подвернул ногу.
(58) отец разжёг ему костёр – он взял у приютившего меня деда спичек и сала.
(59) потом отец вернулся в нашу деревню, приехал за мной на велосипеде и отвёз домой.
(60) снова спустился по реке, забрал корина.
(61) прошли годы, а я до сих пор вспоминаю тот случай и будто слышу голос своего отца...
По Прилепину З.