Многим людям неведомы тонкости деятельности художников. Как они создают картины, откуда черпают вдохновение, где берут инструменты для творчества? Очевидно, что в наши дни процесс рождения картин стал проще, поэтому Евгений Иванович Носов задумался о том, какие сходства и различия есть между современными художниками и их предшественниками.
Рассуждая над проблемой, автор в первую очередь подробно рассказывает о действиях великого художника, который для того, чтобы «расписать новоявленный храм», должен был сначала отправиться в межозёрье, «К расцвету своего мастерства Дионисий извлёк из окрестных долов около ста сорока видов красителей». Этот факт свидетельствует о том, что несколько веков назад путь творческого человека от идеи до её воплощения занимал немало времени, но настоящих приверженцев своему делу это не останавливало.
Противопоставляя первому примеру второй, Е. А. Носов рассуждает о жизни современных художников. 
Автор высказывает свою позицию в последнем абзаце текста: 
Я согласен с точкой зрения Е. А. Носова и считаю, что, хоть художникам сейчас и не нужно добывать себе краски на природе, вдохновение им всё же приходится ждать так же, как и раньше. Доказать свою позицию могу, обратившись к примеру из жизни. Во время учёбы на первом курсе университета я жил в одной комнате в общежитии с двумя художницами: Таней и Сашей. Тане папа мастерил подрамники, она сама на них натягивала ткань, накладывала несколько слоёв грунта, отдельно каждый просушивала. И только после множества манипуляций и нескольких недель подготовки холсты были готовы к использованию — девушка приступала к написанию картин. В то же время Саша просто покупала всё необходимое в магазинах и сразу приступала к работе. Это не говорит о том, что одна художница профессиональнее другой, картины у обеих девушек были великолепны. Просто Саша могла себе позволить покупку дорогостоящих материалов, а Таня старалась сэкономить. И безусловно, каждой художнице для создания картин требовалось вдохновение — к Саше оно обычно приходило по ночам, когда девушку одолевала усталость после рабочего дня, а Таня, наоборот, просыпалась рано утром и начинала творить.
Таким образом, можно сказать, что прогресс не портит настоящий талант. Неважно, добыл мастер краски на природе или купил в магазине, создаёт картины он благодаря вдохновению, которое нигде не продаётся.
(3) Но была в том одиноком скитании и своя корысть: пройдёт ли Дионисий верховолочьем, берегом ли ручья, сам тем временем неотступно высматривает всякие земные обнажения. (4) Растирает в щепотке мелки и глины, крошит пестиком известняки и цветные камушки, подобранные на перекатах, толчёт их в порошок в походной ступе, а потом замешивает в плошке на ключевой воде, пачкает цветной кашицей припасённые дощечки. (5) И долго глядит сощурясь, примериваясь к полученному колеру.
(6) Казалось бы, что можно извлечь из этих спёкшихся комьев, из овражных осыпей, озёрной гальки или сумрачных ливневых размывов… (7) Но посмотрите на многовековые невянущие фрески, и вы затихнете восхищённо: какое празднество красок! (8) Хотя и нет здесь ни откровенно красного, ни синего, ни зелёного… (9) Любил тонкий художник мягкие, нежные тона, почти неощутимые переходы, от которых сладко благоговела, смягчалась современная ему человеческая душа, теплилась надеждой. (10) Розово-красный он укрощал до лёгкой розовости или малиновости, душную зелень смягчал до прозрачной овсяной зеленцы, а охру — до золотистой соломистости. (11) А между этими умягчёнными тонами неприметно пускал ещё больше умягчённые тональности, и оттого все храмовые росписи — и на стенах, и насводах, и на опорных столбах — обретали воздушно-лёгкий, серебристо-радужный колорит, подобный то ли цветной изморози, то ли нерукотворному узорочью. (12) И эта тонкая, неуловимая для глаза вибрация полутонов сообщала живописи чарующее необыкновение!
(13) К расцвету своего мастерства Дионисий извлёк из окрестных долов около ста сорока видов красителей и был убеждён, что это далеко не всё и что красочному воссиянию русской земли нет предела. (14) Надобно только воистину загореться, захотеть одержимо в земной обыкновенности увидеть сокрытую красу и радость и уловить, подглядеть в простой невзрачной тверди как бы застенчивую, но всегда дивную, нежную улыбку матери-природы.(15) «Подвижничество — это великое, радостное, как и всякий труд во всеобщее благо и всеобщее спасение, и сил на то утаивать не можно», — думал о своём призвании Дионисий.
(16) В наше время, однако, уже никто не скитается по глухим ярам с пестиком и ступкой. (17) Ныне «улыбку природы» можно без хлопот приобрести в магазине «Канцтовары». (18) Продаётся она уже в готовых тюбиках. (19) Удобно и просто: отвинтил колпачок, надавил большим пальцем на округлое матово лоснящееся брюшко упаковки и — пожалуйста! (20) Благо, что и всякие кисти, холсты, картоны, уже загрунтованные, готовые к исполнению, тоже продаются в достатке. (21) Достигнутый прогресс избавил современного живописца от самой докучливой (с нашей точки зрения) обузы — добывать необходимые краски, освободив его для чисто творческого дела: бери кисть и — твори, выдумывай, пробуй! (22) Было бы и вовсе не хлопотно, если бы вот так же запросто, нажав пальцем, можно было выдавить из одного тюбика, скажем, необыкновенный замысел, а из другого — вдохновение. (23) Или, допустим, зашёл в ателье и заказал себе пару крыл для творческого взлёта… (24) Но, видно, искусство не терпит расслабленности, тем более сделок с совестью, порождающих леность душ и меркантильные помыслы. (25) Напротив, оно требует постоянного преодоления задуманного, способствуя, в свою очередь, преодолению художником самого себя и захватывая его одержимостью. (26) Так что, как ни всемогущ прогресс, но вдохновения в лавке пока не купишь. (27) Тут изощрённый человеческий ум спасовал, ничего не придумал, и всё, что касается творческого взлёта, осталось по-старому, как и при Дионисии: если хочешь чего достичь — иди и поклонись родной земле. (28) Всё остальное — от лукавого.